Прогулка в
Бостон
Не помню, когда я научился водить автомобиль. Наверняка раньше, чем начал ходить. Правда, ходить я начал в конце девятого класса. Ну, ты и ходок! - завистливо говорили ребята, слушая мои рассказы. Я скромно розовел, потому что еще тогда начал получать удовольствие от плетения небылиц.
Сейчас мне практически шестьдесят, водительский стаж, казалось бы, солидный, тем не менее рулю я не просто плохо, а ужасно, даже отвратительно. Это, однако, не помешало мне в первые годы иммиграции подрабатывать инструктажем начинающих, потом два года проработать ночным таксистом и еще два года - водилой в крупной транспортной компании. Помнится, пассажиры моего такси хохотали, как сумасшедшие, когда на вопрос, почему я везу их в противоположную сторону, я отвечал, что это не имеет значения.
Полицейские меня никогда не останавливали. Когда дорожный патрульный видел, как я еду, у него обычно отваливалась челюсть и наступал ступор. Один раз я отвозил в городок Рокланд, расположенный недалеко от Оттавы, тяжелый компьютерный сервер. Это такой большой железный ящик с хитрой электронной начинкой. Он был размером с бытовой холодильник, никак не влезал в мой старенький пятидверный Понтиак, и я прицепил его сзади, благо шкаф имел небольшие колесики, видимо, как раз для транспортировки. Где-то на полпути шкаф завалился набок, но не оторвался, и я не стал останавливаться, потому что в транспортном бизнесе главное - доставить груз в срок. На шоссе стоял полицейский с радаром. Он ничего мне не сказал. Когда через полтора часа я возвращался обратно, он стоял на том же месте в той же позе, и рот у него все еще был открыт.
Когда рядом со мной сидит жена, она не делает мне замечания, потому что уже на второй-третьей минуте нашей совместной поездки падает от ужаса в обморок и обвисает на ремне безопасности. Что касается сына, то он обычно что-нибудь читает и ни на что не обращает внимания.
Это все преамбула. А теперь собственно амбула - история нашей семейной поездки в американский город Бостон.
Зачем понадобилось ехать так далеко? Дело в том, что в Бостоне, как оказалось, живет давняя подруга жены Рита. Сколько себя помню в этом браке, только и слышу: Рита то… Рита это…Ах, Ритуля-Ритуля, только ты могла бы меня понять… Правда, не виделись они со средней группы детского сада, где и подружились. Родители жены вскоре получили квартиру в другом районе и переехали, а через несколько лет дошли слухи, что Рита репатриировалась в Израиль.
Мы тоже двенадцать лет назад оказались за рубежом - в Канаде. За это время всякое бывало, но неизменно в минуты ностальгической грусти жена вспоминала свою лучшую подругу Риту. В конце концов я не выдержал и предложил Риту разыскать. А как? - спросила жена. - Я ведь даже ее фамилии не знаю. - По приметам, - ответил я. - Есть у нее какая-нибудь особенная примета? Жена засмущалась и говорит: Родинка у нее необычная в форме буквы Ж …на попке… - В Америке этого достаточно! - обрадовался я. А почему в Америке, она же в Израиль уезжала? - За столько лет Израиль просто обязан был превратиться в Америку, - мудро ответил я и уселся за компьютер.
Это был тот редчайший случай, когда моя широкая литературная известность оказалась полезной. Я открыл Интернет, вошел в самый популярный среди соотечественников форум и написал: Братцы! Если кто-нибудь знает Риту с родинкой в форме буквы Ж на попке, дайте знать. Ей сейчас около шестидесяти. Саша Бородин.
Уже через полчаса начали поступать первые сообщения:
Саша! Сообщаю телефонный номер Раи с родинкой на груди в форме буквы П. Ей сейчас как раз исполнилось двадцать шесть…
Несчастная! Родинка в форме ж… Не знаю такую, но знаю, где можно безболезненно удалить хоть всю ж… с помощью лазера…
Дорогой Саша! Читаю Вас с неизменным удовольствием. Вот адрес женщины с родинкой на попке… Не помню, как ее зовут, но шарман!…
Запишите телефон Риты с родинкой, но ей не шестьдесят, а семьдесят три…
Созвонитесь со своей родинкой на Ж по номеру…
Последнее сообщение нас заинтересовало, мы позвонили и - ура! - и сразу попали на ту Риту, которая нам нужна. Оказалось, что она уже тридцать лет живет в Бостоне.
И вот мы едем в Бостон! Жена висит рядом в обмороке, сын сидит сзади, на коленях у него многостраничное иллюстрированное описание пути с указанием всех поворотов и расстояний между ними, распечатанное из интернетского сайта www.mapquest.com.
Здесь налево, - говорит сын, и я поворачиваю направо. Право-лево я путал еще в армии, поэтому меня никогда не допускали к участию в строевых смотрах, за которыми я обычно наблюдал из окна кухни или батальонного сортира. Это зависело от того, какой наряд вне очереди мне давали.
Сыну надоела моя бестолковость и он нашел гениальное решение. На мне были очки с предохранительным шнурком, перекинутым за шею. Когда надо было повернуть вправо, сын тянул за правую сторону шнурка, когда влево - за левую. Оказалось, что этот лошадинный метод работает почти безотказно. Почти, потому что после Монреаля мы все-таки заблудились. Долго кружили по каким-то проселкам, один раз даже нырнули в тоннель, напоминающий большую канализационную трубу. Потом все-таки решили спросить дорогу у человека на тракторе: Как отсюда проехать к границе с Америкой? - С Канадой? - Нет, с Америкой - Так вы уже в Америке!
Можете мне не верить, но до Бостона мы все-таки добрались. Я поднес к носу жены ватку, смоченную нашатырным спиртом, она пришла в себя, мы позвонили в дверь шикарного дома, выбежала седая Рита, они с женой обнялись и заплакали. Потом мы с сыном носили в дом чемоданы с зубными щетками и бритвами, а женщины сидели на кухне и вспоминали, вспоминали…
А помнишь Мишку из параллельной группы, он еще все время засыпал на горшке и падал? - Конечно, помню. А помнишь, как мы на мертвом часу забрались под кровать, и воспитательница чуть с ума не сошла? - Как же, помню, как сейчас. На тебе еще была такая желтая маечка с цыпленком на груди. - Ну, и память у тебя! Кстати ты в тот день была одета в красное платьице с белым бантом… И так до бесконечности.
У Риты оказался очень интеллигентный муж Гена, бывший профессор консерватории по классу игры на арфе. Моя родина - мой инструмент, - сказал он, указывая на большую красивую арфу в гостиной. А я скучаю по Москве! - сказала с кухни Рита. И я! - подхватила моя жена. Женщины опять заплакали, а Гена сел за арфу и виртуозно исполнил на ней Гимн Советского Союза или аналогично звучащий Гимн России.
Потом мы поехали осматривать город, оставив женщин предаваться сладким воспоминаниям. Чуткий и трепетный, как все музыканты, Гена был в шоке от моей езды. Здесь сходите с хайвея, - сказал он, сопровождая свои слова соответствующим жестом. Я как ни в чем не бывало ехал дальше. Гена забился в истерике, на губах у него выступила пена. Я свернул с хайвея прямо в лес, чудом проскочил между вековыми соснами и помчался по улице с односторонним движением, разумеется, навстречу транспорту. В лесу за спиной раздался вой полицейской машины, затем глухой удар и - тишина. Глаза у бедного Гены вылезли из орбит, он захрипел. В салоне нехорошо запахло. Пришлось возвращаться, но в поисках обратного пути мы случайно заехали в центр города и успели полюбоваться на его псевдоевропейские красоты.
Вернувшись, мы внесли Гену в дом и положили его на диван в гостиной рядом с его любимой арфой. Потом я принес из машины бутылочку с нашатырным спиртом… В общем, погостили от души.
Двумя днями позже, нежно распрощавшись с хозяевами, мы уселись в машину и тронулись в обратный 700-километровый путь. Сын заботливо поправил уздечку на моей голове. Жена, прежде чем обвиснуть в обмороке, задумчиво сказала: Вот вроде все у ней есть: и дом, и достаток, и муж, и здоровье, и дети устроены и живут по соседству… Счастья вот только нет. - Она сама тебе так сказала? - удивился я. Как же! О таком не говорят. Я это сердцем почувствовала. Уж очень она тоскует по своей желтой маечке с цыпленком на груди…