Идея водного пути через Израиль имеет долгую историю. В XIX веке британцы предложили проект «Мертвое море — новый путь в Индию», который должен был соединить три моря. Однако этот замысел так и не был воплощен.
В 1960-е годы, после национализации Суэцкого канала Египтом, США и Израиль обсуждали аналогичный проект. Американские ученые из Ливерморской национальной лаборатории рассматривали возможность использования 520 ядерных взрывов для прокладки канала. Эти планы оставались засекреченными до 1990-х годов.
После подписания «Авраамских соглашений» в 2020 году, нормализующих отношения Израиля с рядом арабских стран, вновь заговорили о создании водного пути. В октябре 2020 года стороны договорились использовать существующий нефтепровод Эйлат-Ашкелон для транспортировки нефти. В апреле 2021 года объявили о скором начале работ, но старт так и не состоялся. Проект остается нереализованным.
Согласно различным источникам, характеристики канала и его сравнение с Суэцким каналом выглядят следующим образом:
– Протяженность: около 293 км (на 100 км длиннее Суэцкого) против 193 км.
– Глубина: около 50 метров.
– Ширина: около 200 метров.
– Количество путей: два параллельных канала для двустороннего движения, позже добавлена вторая ветка с реверсивным движением.
– Грузопоток: до 20% мирового трафика (прогноз) против 12% мировой торговли.
Скалистые берега израильского канала требуют меньше усилий по дноуглублению по сравнению с песчаными берегами Суэцкого канала. Прогнозируемый доход оценивается в 6 миллиардов долларов и более в год. Строительство займет 5 лет и потребует до 300 тысяч рабочих.
Стоимость проекта оценивается в 100 миллиардов долларов, хотя некоторые источники указывают диапазон от 16 до 55 миллиардов. Создание канала позволит Израилю стать ключевым логистическим хабом, независимым от политической ситуации с Египтом, и получить альтернативу китайскому проекту «Один пояс — один путь».
Однако основной проблемой для инвесторов является безопасность. Реализация проекта требует гарантий стабильности, что, по мнению некоторых аналитиков, связано с урегулированием палестинского вопроса и статуса сектора Газа. Кроме того, строительство и эксплуатация такого крупного объекта могут негативно повлиять на хрупкую экосистему пустыни Негев.