Ежемесячный Журнал                             Wednesday 21st November 2018

Apr 1, 2014 0 Comments

Флорида и флоридцы

Петр Великий Флоридский

Рубрику ведет
профессор К. Рамсеев-Убыхов

 

Спонсор рубрики – единственный во Флориде русскоязычный Центр по лечению алкоголизма и наркомании Into Action Treatment / В Действии.

 

Петр Великий Флоридский

Петр Алексеевич Дементьев«На берегу пустынных волн стоял он дум великих полн, и вдаль глядел». О чем думал, глядя на Неву и Финский залив герой пушкинских строк, вы, конечно, помните: решил он город здесь построить, чтобы навсегда застолбить это унылое, болотистое место(«приют убогого чухонца») и держать в страхе соседей – шведов да и тех же чухонцев, ставших в дальнейшем не такими уж «убогими» финнами.
Город тот заложил в 1703 году и назвал своим именем русский царь Петр Первый, он же – Петр Великий, он же – Петр Алексеевич Романов.
Спустя 185 лет в июне 1888 года другой Петр Алексеевич стоял у других вод, теплых вод Мексиканского залива, и тоже, как его великий российский тезка, был «дум великих полн» о том, что заложив здесь город, построив порт и проложив сюда железную дорогу с востока полуострова Флорида, он не только в Европу «прорубит окно», но свяжет Флориду со всем миром. Так родился флоридский город Санкт-Петербург, а неподалеку от него еще один город с именем другой российской столицы, которую называли «Южной Пальмирой» – Одесса.
О флоридской Одессе мы рассказали вам в мартовском номере журнала. А сегодня – время рассказать о создателе этих двух городов великом Петре флоридском, – Петре Алексеевиче Дементьеве, известном в Америке как Питер Деменс.

Русский дворянин Петр Алексеевич Дементьев родился, если верить Википедии, 165 лет назад 1 мая 1849 года(по другим источникам в 1850 году) в Тверской губернии. Он рано осиротел и с детства воспитывался в поместье своего дяди Анастасия Калитеевского в селе Попово Весьегонского уезда. Любопытно, что спустя четверть века Петр станет предводителем дворянства и председателем земской управы в этом самом уезде. Но до этого он успешно закончит Третью гимназию в Санкт-Петербурге и Первое реальное училище. После чего в 17-ти летнем возрасте уходит на службу в Лейб-гвардии Гатчинский егерский полк. Впрочем, прослужил недолго и в 1870 году в звании штабс-капитана вышел в отставку и вернулся в родное имение.
К этому времени он уже женился на Раисе Борисенко, которая станет ему помощницей и подругой до конца жизни. Однако в сельском хозяйстве супруги Дементьевы, надо признать, понимали мало и довольно скоро, в 1881 году, полностью разорились. А тут еще народовольцы убили царя Александра II, и агенты жандармерии не могли не заинтересоваться политически активным Петром Дементьевым. Но где в России начинается политика, там уже и до Сибири недалеко. А потому, точно в соответствии со старинной русской поговоркой «Не трогай лихо пока оно тихо», Петр Дементьев отправляется в далекую Америку.
Об этом периоде жизни одного из самых замечательных наших земляков достаточно подробно написал нью-йоркский журналист и историк Эрнст Нехамкин. Мне кажется, его тексту, опубликованному в «Вестнике», можно довериться. Приводим его ниже с некоторыми сокращениями.
«Хорошо физически развитый неудавшийся помещик решил отправиться в далекую Америку. «В моих планах было стать обыкновенным фермером, обрабатывать самому землю и таким образом через тяжелую физическую работу достичь возрождения своей натуры, находившейся в глубоком духовном упадке», – вспоминал он впоследствии.
Оставив в одном из перезаложенных имений жену с детьми, в мае 1881 года Петр Дементьев оказался на борту парохода, отправлявшегося в Нью-Йорк. Перебрав в памяти имена своих немногочисленных знакомых, живших в Америке, он вспомнил о своей дальней родственнице Александре Погосской, владелице апельсиновой рощи во Флориде, отправился из нью-йоркского порта на вокзал и сел в поезд на Джексонвилл. Ему понадобилось несколько дней, чтобы осмотреться и убедиться в том, что близлежащие земли ему не по карману. За эти дни он узнал, что в глубине Флориды народу поменьше и земля подешевле, и на маленьком пароходике поплыл к верховьям реки Сент-Джонс.
Кроме Петра, единственным пассажиром парохода был его владелец, ирландец, уже 20 лет проживший во Флориде, и Петр, бегло говоривший по-французски и очень слабо по-английски, с помощью словаря ухитрился побеседовать с ним, благо тот оказался человеком словоохотливым и всезнающим. Ирландец упомянул о таком бизнесе, как обработка древесины, и эта тема так заинтересовала Дементьева, что он попросил ирландца на одной из стоянок сводить его на близлежащую лесопилку. Картина, которую увидел Дементьев, никогда прежде не имевший дела с техникой, впечатлила бывшего помещика, пустившего свой лес под топор: из-под пил, приводимых в действие пыхтящей паровой машиной, выползала вереница ровных и гладких досок.
Помыкавшись несколько месяцев во флоридской глубинке и пробавляясь случайными заработками в качестве поденщика, Дементьев наконец остановил свой выбор на маленьком поселении Лонгвуд. Здесь он приобрел участок апельсиновой рощи, одну треть лесопилки и двухкомнатную хибару на лесной поляне, куда прибыла из России его семья. Жена взяла на себя все домашние заботы, а муж, крепкий и выносливый, трудился с раннего утра и до поздней ночи в роще и на лесопилке. Вскоре ему удалось выкупить лесопилку у партнеров и стать ее единоличным хозяином. Народ вокруг прибывал, строил себе жилье, и лесопилка давала приличный доход. Полюбивший всей душой деревообработку хозяин совершенствовал технику, расширял производство и вскоре стал одним из самых богатых и популярных людей Лонгвуда, владельцем нового двухэтажного дома и предприятия P.A.Demens & Co, сменив свою русскую фамилию на более удобную для американцев Деменс.
И опять проявилось его свойство располагать к себе людей: молодого предпринимателя, без году неделю прожившего в Америке, избрали мэром Лонгвуда, а в 1884 году, то есть всего через три года после прибытия в страну, он баллотировался, правда неудачно, в Сенат штата от местной организации Республиканской партии.
А затем произошло событие, сыгравшее огромную роль в его судьбе. Деменс подрядился изготовить шпалы компании, строившей короткую железную дорогу между селением Монро у реки Сент-Джонс и озером Апопка. Шпалы были доставлены на место, но строители к этому времени обанкротились и в качестве компенсации за выполненный заказ предложили Деменсу стать хозяином строящейся дороги со всем ее жалким оборудованием. Так в свои 35 лет Петер Деменс стал, говоря высоким стилем, железнодорожным магнатом, владельцем дороги, носившей пышное название Orange Belt Railroad – «Железная дорога Апельсинового Пояса». К этому времени Деменс уже хорошо разбирался в бизнесе и на сделку согласился, взвесив все «за» и «против». Он понимал, что строить будет тяжело: трасса проходила по заросшим лесом малонаселенным местам, но для немногочисленных землевладельцев этого района дорога была жизненно необходима, и они, как он резонно предполагал, помогут деньгами.
А еще была заветная мечта, которую он стал вынашивать, ознакомившись с докладом доктора Вашингтона Пью ван Биббера. Почтенный доктор, много лет изучавший побережье Мексиканского залива, пришел к выводу, что полуостров Пинеллас по своим климатическим и ландшафтным условиям является идеальным местом для основания здесь «мирового города здоровья», куда бы приезжали и инвалиды, и просто искатели развлечений со всего мира. А проведенные незадолго до этого исследования глубин прибрежных вод подтверждали возможность строительства в этих местах порта мирового значения. И Деменс задумал продлить дорогу до побережья Мексиканского залива, построить на полуострове прекрасный город и назвать его Санкт-Петербургом.
Для осуществления своей мечты он сколотил маленький «интернационал»: инвестиционную компанию Orange Belt Investment Company, в которую, кроме него, вошли англичанин из Канады Свитэпл, швед из Буффало Хеншен и американец из Вирджинии Тэйлор. Денег было немного, пришлось приобрести за гроши списанное другими компаниями старое оборудование и нанять не очень квалифицированных работников. Тем не менее дорога строилась и в ноябре 1886 года достигла первоначально намеченного конечного пункта – озера Апопка, на берегу которого интенсивно рос городок, названный Оклендом и ставший штаб-квартирой компании Orange Belt.
Но мечта звала, и строительство продолжалось. Деменс шел на всякие ухищрения, чтобы добыть денег. Так, прослышав, что в Окленд на зимний отдых приехали миллионеры из Филадельфии и Чикаго, он поспешил встретиться с ними и заинтересовать их радужной перспективой стройки. А для того, чтобы создать «имитацию кипучей деятельности», он приказал вывести смену рабочих в ночь и гонять локомотивы взад и вперед. Разбуженный паровозными свистками богатый чикагский упаковщик мясопродуктов Филипп Армо вскочил с постели и закричал: «Придется купить эту проклятую русскую дорогу, чтобы только прекратить этот шум!» Чтобы усилить впечатление, Деменс разыграл перед гостями шоу: во время вечерней карточной игры появился посыльный и сказал, что за боссом подан его личный вагон. «Босс» извинился за прерванную игру и предложил гостям присоединиться к нему в поездке. Предложение принял Армо и подивился скорости, с которой мчался вагон – 40 миль в час! Деменсу пришлось немало потрудиться для этого: обычно локомотивы на дровяном топливе двигались со скоростью 15-20 миль в час, но сухие дрова и предварительно выровненное полотно участка дороги сделали свое дело. Армо, конечно, понимал ухищрения Деменса, но деловые качества и увлеченность русского импонировали ему, и деньги нашлись.
Но денег все равно было мало, и Деменс обратился к кредиторам, благо имел репутацию солидного предпринимателя. Те ссудили ему деньги под большие проценты, и когда пришло время расплачиваться, а расплачиваться было нечем, они не стали судиться с несостоятельным должником, а прибегли к более действенному, по их мнению, средству: приковали цепями подвижной состав дороги к рельсам, заблокировав движение. Увидев, что происходит, казначей компании Генри Свитэпл, приехавший из Канады во Флориду для укрепления здоровья, скончался на месте от инсульта. Трагедия позволила продолжить строительство: кредиторы на время отступили. Прошел месяц, и опять разразился скандал, чуть не стоивший жизни самому Деменсу. 1 октября 1887 года толпа разъяренных рабочих, которым компания задолжала зарплату, окружила управляющего и пригрозила линчевать его, если к 8 часам вечера им не отдадут долг. В руках наиболее горячих голов уже появились веревки, когда партнеры по бизнесу прибежали с деньгами, которые они вымолили в местном банке.
Наконец, строители добрались до Пинелласа – полуострова, на берегу которого дорога должна была кончиться. Владельцем огромного участка земли на полуострове был сын первого мэра Детройта Джон Константин Вильямс, по прозвищу «Генерал». Генералом он никогда не был, хотя когда-то действительно служил в добровольной Детройтской гвардии. Между Вильямсом и компанией Orange Belt было подписано соглашение, по которому Вильямс предоставил компании 500 акров (200 гектаров) своей земли под строительство города, а компания обязалась завершить здесь строительство дороги и построить верфь. «Генеральский чин» Вильямса заставил окружающих вспомнить о воинском звании Петра Дементьева, и с тех пор к нему прочно прилепилось уважительное «Капитан».
Тогда же будущий город получил свое нынешнее название. В главный офис компании Orange Belt в Окленд приехала начальница районной почтовой службы узнать, как будет называться будущий город. В офисе в это время был только Джозеф Хеншен, один из компаньонов. Он, конечно, знал о заветной мечте Деменса и сказал почтмейстерше, что город будет называться Санкт-Петербургом – St. Petersburg. С тем она и уехала, а Хеншен, собрав еще несколько подписей, отправил петицию в Вашингтон, где название города было утверждено.
Как-то Деменс был в Нью-Йорке и в разговоре с русским консулом гордо заявил: «Я построил 12 городов». Консул потом вспоминал, что не поверил Деменсу: «Он оставляет за собой просто деревянные будки на месте, где должны быть станции, и дает им русские названия Москва, Одесса, Санкт-Петербург и т.д. Из всех этих городов фактически существует только Санкт-Петербург, а от остальных не осталось ни следа».
Капитан действительно любил прихвастнуть, и консул имел основание не поверить ему. Он не ошибся насчет Москвы: такого города во Флориде нет и никогда не было, но северо-западнее города Тарпун Спрингс есть маленький городок Одесса. И есть большой процветающий город Санкт-Петербург, с широкими улицами, напоминающими прекрасные проспекты его северного тезки на берегу Невы.
Весной 1889 года Деменс заболел. Его врач настоятельно посоветовал ему сменить климат, и Капитан, распродав всю свою собственность в Лонгвуде, Окленде и Санкт-Петербурге, переехал со своей многочисленной семьей сначала в Северную Каролину, а затем в Калифорнию, в Лос-Анджелес.
Через некоторое время он опять занялся лесопилками и, по словам местного историка, «завладел всеми лесопилками от Канады до Мексики». Его доходы росли, соответственно росла его известность.
В 1893 году на выставке в Чикаго он встретился с Владимиром Галактионовичем Короленко, и тот по возвращении в Россию со смехом вспоминал о том, что ему рассказывал Капитан: «Однажды я получил три приглашения на аудиенцию в один и тот же день: от министров транспорта, сельского хозяйства и финансов. Я просто стал в тупик, не зная, чье приглашение принять». Недаром его родственница Александра Погосская насмешливо говорила: «Жаль, что Гоголь написал своего «Ревизора» за 14 лет до рождения Петра, он мог бы сделать своего Хлестакова еще ярче».
Капитан, конечно, мог, мягко говоря, преувеличивать, но в середине 90-х годов прошлого века он действительно был очень богатым и влиятельным человеком, и ему захотелось поделиться с русским читателем историей своего успеха, познакомить его с жизнью Америки. Он занимался сочинительством еще до эмиграции, его первые статьи были опубликованы, когда ему было 22 года. И сейчас он решил возобновить литературную деятельность. Родился новый литератор П.А.Тверской, чьи статьи и очерки публиковались в журнале «Вестник Европы» и других ведущих российских журналах в течение 20 лет. Несколько номеров «Вестника Европы» со статьями Тверского после революции было найдено в личной библиотеке Николая II.
Лето 1896 года Дементьев провел в России. Старое судебное дело завершилось его полным оправданием, российский трон занял новый император Николай II, и Капитан мог безбоязненно жить на родине. Побывал он и в Тверской губернии, где местные земские деятели поведали ему историю, возмутившую его до глубины души. Когда Николай II взошел на престол, тверское земство направило в Петербург делегацию с петицией к молодому царю об установлении парламентарной системы. «Бессмысленные мечты!» – сказал царь, прочитав петицию, а руководителя делегации Федора Родичева на несколько лет лишил права участвовать в работе земства и появляться в столице.
Вскоре в журнале «Современник», издававшемся в Лондоне, появилось «Письмо к русскому царю», подписанное П.А.Тверским:
«Ваше Величество! Я один из тех русских, которые считают, что Вы строите свое государственное устройство на песке, и оно поэтому обречено. Мне не жаль, конечно, ни вашего устройства, ни Вас и ваших последователей в этой неблагодарной работе. Моя душевная боль – за русский народ, который вынужден будет заплатить за все эти будущие законопроекты не только кровью, но также счастьем и благополучием целых поколений, которые погубит это тяжелое бремя. Действительная трагедия – страдания несчастного народа, виновного только в том, что он не осознает своей силы. Эти страдания вызывают острую боль у каждой мыслящей личности. Но он, этот народ, не будет терпеть вечно, он, наконец, пробудится, придет в чувство и со всей присущей ему мощью освободит себя от пут паука, заманившего его в свою паутину».
Российская секретная полиция взяла имя автора «Письма» на заметку.
Русско-японская война всколыхнула в Капитане чувство патриотизма. Он написал командующему русскими войсками генералу Куропаткину письмо, в котором напоминал ему о встречах с ним в Петербурге в их юные годы. «Я здесь своим пером сражаюсь на вашей стороне и всем сердцем болею за вас и за Россию», – писал он ему. Поражение России больно отозвалось в его душе.
Во время революции 1905 года Дементьев еще раз посещает Россию, на этот раз в качестве корреспондента «Ассошиэйтед пресс». После поражения революции Деменс возвратился в Америку и никогда уже больше не выезжал из нее. На своем ранчо в Алта Лома он выращивал апельсины и интенсивно писал. Уже была издана книга «Очерки Северо-Американских Соединенных Штатов», а он продолжал публиковаться в «Вестнике Европы», «Неделе» и других русских изданиях, переводил работы американских писателей на русский язык и русских – на английский и даже пробовал себя в беллетристике, но безуспешно.
Тяжело пережил Дементьев смерть от туберкулеза двух старших дочерей. Некогда крепкий организм постепенно слабел. Сообщения о кровавых событиях гражданской войны в России, исчезновение близких друзей в хаосе российской действительности – все это окончательно подорвало здоровье Капитана. 21 января 1919 года Петер Деменс – П.А.Тверской – Петр Алексеевич Дементьев умер. На следующий день в газете Los Angeles Times появился некролог, в котором отдавалась дань уважения «русскому солдату и патриоту», а с портрета смотрел респектабельный человек с острой бородкой клинышком, в пенсне и с глазами того авантюрного предпринимателя, который когда-то прокладывал дорогу к своей мечте – городу Санкт-Петербургу».
Поскольку Петр Дементьев-Деменс персонаж, овеянный романтическим флером, уместно было бы закончить записки о нем в таком же романтическом ключе. И вот, изучая различные материалы, написанные о Капитане, журналисты «Флориды» отыскали такой финал.
Известный питерский поэт Илья Фоняков перевел на русский язык тоже поэта и тоже питерца, правда, с Мексиканского, а не с Финского залива, Тома Кларка. Это стихотворение называется «Город». Кажется, оно невероятно точно отражает главную мысль нашего очерка:
Man is born
builds a city
Then man dies
сity lives on

Человек родился
стоит город
потом человек умирает,
а город живет.

Остров, который всегда с тобой

Pumpkin KeyВам хочется остров? Их есть у меня! Вот, например, посмотрите на верхний снимок. Замечательный островок размером 26 акров с очаровательным названием Pumpkin Key, если по-русски, что-то типа Тыквенный Риф.
Эта тыковка находится на верхней оконечности большого острова, через который проезжает всякий, кто путешествует из Майами в Ки-Уэст.
Остров продается целиком, да еще и с довеском в виде главного дома(назовем его поместьем), двух коттеджей для гостей, прислуги и капитана яхты, теннисных кортов, которые при необходимости легко трансформируются в вертолетную площадку и замечательного углубленного причала, который способен принимать супер-яхты. Все удовольствие – всего лишь $110 миллионов.
Немного, если эти деньги у вас есть. Ну, а если, как говорится, висит груша, – нельзя скушать? Ну, не груша, так тыква – какая разница, если нет денег? Но и тут, как в любой жизненной ситуации, можно найти выход. Взять и поделить всю прибрежную зону на 12 прекрасных участков, как говорится – bay front «С видом на воду». Тогда недостающую вам сумму оплатят за вас ваши соседи. Неглупо, верно? Загвоздка только в одном: остров перестанет быть только вашим. А если не ТОЛЬКО, имеет ли смысл стараться?

Выше стропила, плотники!

Выше стропила, плотникиВсе выше, выше и выше стремим мы полет наших майамских небоскребов. Покорители высоты в даунтауне – три крупных разработчика – делают все возможное, чтобы как можно быстрее возвести над городом первые 1000-футовые башни. Как известно, небоскребы свыше 1000 футов(более 300 метров) называют сверхвысокими. Так что не будет натяжкой сказать, что в Майами началась борьба за покорение высоты.
Соревнование это непростое не только потому, что требует точнейших технических и технологических расчетов, но и потому еще, что все подобного рода сложные и дорогостоящие супервысокие проекты необходимо согласовывать с десятком организаций, начиная от различных городских комиссий, кончая Федеральным управлением гражданской авиации. Именно с этим, кстати, связана постройка или нет 1049 футового небоскреба Swire Properties, который войдет составляющим звеном гигантского мульти-блока Brickell City Centre, комплекса, строящегося к западу от Brickell Avenue. Потому что даже если Свайр выигрывает окончательное утверждение, еще не факт, что даст добро Федерация гражданской авиации, поскольку здание планируется построить непосредственно под воздушной полосой движения самолетов до международного аэропорта Майами.
Ближайший конкурент Свайра Tibor Hollo, здание на Бискейн бульваре напротив Park Bayfront с запланированной высотой 1010 футов. Надо сказать, что башня Tibor Hollo – один из первых планируемых майамских небоскребов-гигантов. Его проект был утвержден еще в 2007 году.
В борьбу за высоту включился и известный девелопмент Джефф Берковиц. Его небоскреб Skyrise Miami, разработанный компанией Arquitectonica, имеет все шансы стать самым высоким зданием в нашем городе.
Конечно, майамским небоскребам трудно тягаться с высотными зданиями Нью-Йорка, Шанхая или Дубаи с его самым высоким на сегодня 2700-футовым Бурджем. Но давайте не будем забывать, что все наши здания построены практически на воде, а это значительно затрудняет постройку. И при этом, если названные выше супер-небоскребы будут построены, они будут самыми высокими в Соединенных Штатах за пределами Нью-Йорка и Чикаго.
Объясняя свое стремление к постройке высотных зданий в даунтауне девелопмент Оуэн сказал: «Мы стремимся сочетать разумный баланс между вашими финансовыми возможностями и разумным планированием долгосрочных инвестиций в жилье. Все больше людей хотят жить рядом с работой и работать рядом с домом. И мы стараемся идти им настречу и развивать городскую среду в Майами, а что в этом смысле может быть лучше, чем вертикальные застройки».

Большому кораблю – большой порт Канаверал

 

морской порт КанавералЕсли все сложится удачно, то морской порт Канаверал(Port Canaveral) в ближайшие годы расширит свои владения за счет части расположенного рядом космодрома и базы военно-воздушных сил США.
В течение многих десятилетий порт Канаверал живет в тени своего знаменитого и богатого соседа, можно сказать «птицы высокого полета» Космического центра имени Кеннеди. И хотя порт этот немаленький и занимает во Флориде второе место после порта Майами, тем не менее еще недавно возможности расширяться у него не было.
Однако недавно ситуация изменилась и не исключено, что в силовой борьбе с космическим и военно-воздушным монстрами порт сможет урвать себе не только право на дополнительные несколько сотен акров земли, но даже провести железную дорогу, по которой пассажиры прямо из Диснеевских парков Орландо смогут прибывать на палубы круизных пароходов.
В случае успеха это позволит создать к 2021 году 5000 новых рабочих мест. Если учесть, что сейчас в порту Канаверал работает около 7000 человек, подобная добавка станет существенной и для региона и для всего штата, который потерял и теряет большие деньги после остановки в 2011 году космической программы с запуском шаттла.
Конечно, многое в решение этого вопроса будет зависеть от НАСА и Пентагона, однако рассуждая логически, расположенный в самом центре восточного берега штата, порт Канаверал используется далеко не в полную силу. И если по перевозке пассажиров он успешно идет следом за портом Майами(около 4 миллионов пассажиров в год), то значительно отстает по перевозке грузов от портов Эверглейдс, Тампа, Джексонвилл и Майами.
Как только будет утвержден план реконструкции 10 километровой железнодорожной линии, которая соединит порт Канаверал с остальной железнодорожной системой Флориды, грузопоток увеличится в разы. Ведь тогда контейнеры будут ставить прямо с судов на рельсы.

Что наша жизнь? Игра!

Дэн УокерЖил-был художник один. Он был грузином. Звали его Нико Пиросмани. У него не было денег, а потому он рисовал свои картины прямо на клеенках, отдавая их за бутылку вина и тарелку харчо.
Жил-был художник второй. Он был евреем. Звали его Амадео Модильяни. Он умер в 35 лет в полной нищете. Недавно на аукционе «Сотбис» его картину «Мальчик в голубом пиджаке» продали за 11,2 миллиона долларов.
Жил-был художник третий. Он был французом. Звали его Поль Гоген. Он жил так бедно, что когда в 1895 г. решил провести выставку своих картин, заработанных денег хватило, чтобы только расплатиться за аренду. Спустя 117 лет на аукционе «Кристи» картина Поля Гогена «Натюрморт а л’Эсперанс», была выставлена за 15,4 млн. долларов. Да, кстати, картина эта была посвящена Винсенту Ван Гогу. Ван-Гог был голландцем. Он был нищим художником…
Жил-был художник пятый, шестой, тысячный… немцы, англичане, русские, татары, армяне, греки… Каждый из них, если он был настоящим художником, пытался что-то рассказать о себе миру.
Одного из них зовут Дэн Уокер. Он – американец. Живет в Майами. И он не просто художник, а уличный художник. Но не из тех, что наносит свои граффити на стены и заборы, нет, Дэн изготавливает сам или разрисовывает старые игрушки животных и вешает их на электрических проводах и фонарных столбах в районе художественных галерей Майами Уинвуд/Wynwood. Впрочем, кто-то недавно сказал, что видел работы Дэна на проводах в Авентуре, районе значительно менее озорном, чем Уинвуд. Сам художник не возражает, на манер известного героя юморески Геннадия Хазанова он говорит: «Правильное решение! Уличные звери не должны сидеть дома, они должны смотреть на нас с высоты и тем самым радовать нас. Ведь жизнь – игра, веселая и радостная».

Дэн переселился в Майами из Нью-Йорка в 2009 году, чтобы вместе с другими уличными художниками расписывать стены аэрозольными баллончиками. Но рисовать на стенах ему быстро наскучило, и он придумал новый вид искусства, соединив в огромных игрушках живопись и скульптуру. Сейчас трудно сказать, ждет ли художника судьба непризнанных Пиросмани, Модильяни, Гогена и Ван-Гога, а вдруг да и пофартит ему и станет он богатым и знаменитым, вроде Церетели или этого, как его, который все Брежнева с Путиным рисовал? Как бы там ни было, наш радостный и веселый город, расцвеченный летящими по проводам игрушками Дэна Уокера, становится еще веселей и радостней. Ну разве это не успех?

Что нам стоит дом построить?

Обратили внимание, что в заголовке вместо нормального человеческого «сколько» стоит безразличное «что»? Потому что речь в следующей заметке пойдет о новостройках в Sunny Isles. А здесь дешевого жилья уже давно нет. Все или дорого или очень дорого.
В переводе на русский город этот можно назвать «Солнечные островки». Переводить нужно, потому что Sunny Isles – самый «русский» город во Флориде. Здесь русские клубы, магазины, аптеки, врачи и даже синагога называется Рашен Шабат Центр, а ее раввин Александр Каллер объяснит вам, кто есть кто в небесной канцелярии на прекрасном русском языке.
Итак, приглашаем вас на небольшую экскурсию по новостройкам Sunny Isles. Ее сегодня проведет для вас лицензированный риэлтор Андрей Росин.
- Уважаемые читатели, поскольку гидом мне никогда не доводилось бывать, надеюсь, вы простите мне возможные мелкие прегрешения. Ну, например, я не знаю, откуда следует начинать экскурсию: с юга или с севера острова? Или вот еще: рассказывая о «русском городе» Санни Айлсе, следует ли упоминать популярных в России, но неизвестных никому здесь эстрадных и теле звезд или ограничиться нашими, местными звездами: писателями, артистами, художниками, музыкантами, врачами и учеными?…
А потому – без оглядки я начинаю краткий, но весьма объемный обзор новостроек города Sunny Isles.
Самый северный, стоящий на границе с богатеньким(да-да, поверьте, есть города еще богаче Санни Айлса!) Голден Бич строительный объект, завершенный всего лишь два месяца назад, называется

 

Regalia Condominium in Sunny Isles BeachRegalia Condominium in Sunny Isles Beach

Посмотрите, как элегантно выглядит это замечательное 47-ми этажное здание, расположенное рядом с популярным у российских туристов отелем «Редиссон Марко Поло». Это – тот случай, когда не пишут: «Квартира с видом на океан», потому что на каждом этаже только по одной квартире, куда хочешь, туда и смотри пока голова не закружится от обилия воздуха, воды, солнца и вечной красоты Южной Флориды!

Porsche Design TowerPorsche Design Tower

Это – один из самых амбициозных проектов даже для достаточно амбициозного Sunny Isles. Городок наш небольшой, всего-то три мили вдоль океана. Но пройдя их от упомянутого выше кондо Regalia до знаменитого нудистского пляжа в Haulover Park, вы сможете собственноручно убедиться, что, как пел Высоцкий «там все места блатные расхватали». И вот едва ли не самое последнее место возле океана успел застолбить один из крупнейших в Южной Флориде застройщиков Гил Дезер. Проект, расчитанный на 132 квартиры в 57-ми этажном доме, предполагает, что жить в нем будут только супер-богатые люди. Однако, несмотря на очень дорогую стоимость жилья в Порше, уже сейчас, хотя строительство только начинается, продана половина квартир. Так что, если вы хотите, не вылезая из машины, подниматься в свою квартиру в лифте, а потом прямо из гостиной любоваться своим авто, поторопитесь, друзья!

 

Muse Sunny IslesMuse Sunny Isles

Это удивительное и в архитектурном и в строительном плане здание буквально втиснется на берегу между известными красавцами Jade Ocean и Ocean 4 – 17141 Collins Avenue, Sunny Isles Beach. Поскольку места для строительства было исключительно мало, архитектор Карлос Отт спроектировал невероятно тонкое и высокое, точно струна арфы, здание и назвал его «Муза/ Muse». При высоте дома в 650 футов(47 этажей), ширина его всего лишь 60 футов. Все из нас, кто регулярно бывает на Второй Русской Плазе – в магазине «Санкт-Петербург», или в аптеках Solutions Pharmacy и Total Nutrition, или с визитом к доктору Гольбрайх, непременно обратит внимание на этот домик, иглой вонзившийся в синеву майамских небес, как только он будет построен, поскольку уже сейчас специалисты говорят о нем, как о шедевре архитектурного искусства!

 

Newport Fishing Pier in Sunny Isles BeachNewport Fishing Pier in Sunny Isles Beach

Не будет большим преувеличением назвать новостройкой и рыболовецкий причал, что находится рядом с гостиницей Newport по адресу 16501 Collins Avenue. Ну, прежде всего, потому что построенный в 1936 году, и в 1982-м названный историческим объектом, он был разрушен назад ураганом Вилма. И только недавно, спустя 8 лет восстановлен. А кроме того, наш пирс – единственный общественный причал для рыбалки во всем Большом Майами. Рядом с причалом есть место для парковки, а на пирсе или рядов гостинице вполне приличные рестораны.

 

Chabad Russian CenterChabad Russian Center

Прямо на берегу Интракостала напротив устья реки Олета у разводного моста на 163-й дороге, началось строительство здания, очень интересного как в архитектурном, так и в культурном плане. Это – синагога, которую возглавляет известный в Майами русскоязычный раввин Александр Каллер и общественно-культурный центр, который так и называется Chabad Russian Center. Здесь кроме помещений для непосредственного богослужения будут залы для ритуальных омовений, для занятий с дошкольниками, свадебный зал, библиотека, а на крыше – ресторан с потрясающим видом на канал и Олета Ривер Парк.

И уж, как говорится, чтобы «одним махом семеряхов», в конце обзора сообщу новость, впрямую не касаемую строительства в Санни Айлсе, но, что называется, – о происходящем в его регионе.

 

Intracoastal Mall in North Miami BeachIntracoastal Mall in North Miami Beach

Один из владельцев компании Dezer Development Майкл Дезер приобрел за $ 63,500,000 Intracoastal Mall. Эта плаза находится прямо за разводным мостом, ведущим в Санни Айлс на 163 стрит в North Miami Beach. Место это хорошо известно нашим читателям, поскольку здесь находятся многочисленные замечательные рестораны греческой, итальянской, американской, японской и прочих кухонь, в которых не раз проходили встречи Russian-American Chamber под патронажем журнала «Флорида». Кроме того, здесь находятся такие крупные магазины как Old Navy Outlet, TJ Maxx, Winn-Dixie и кинотеатр Frank Theatres. Пока неясно, предстоит ли серьезная перестройка плазы, или будет лишь смена декораций, но, как говорится, будем иметь ввиду.

Пицца счастья завтрашнего дня

Всем любителям пиццы докладываем, что по последним сведениям одной из лучших пиццерий в Майами названо заведение Тони Мантиано на South Beach. Впрочем, есть и другие точки зрения. Мне, скажем, нравится пиццерия на броадвоке в Голливуде в маленьком ительянском ресторанчике, что рядом со «Стамбулом» Хасана. Но сегодня мы расскажем именно о заведении Тони.
На Майами Бич шеф-повар прибыл из Чикаго, где он заработал заслуженную славу своими кулинарными изысками в ресторане Spiaggia. Привлекает дизайн здания, в котором нынче находится ресторан синьора Мантиано и его жены Кэти. Кроме замечательного дизайна с мозаикой обращает на себя внимание специальная печь, которая топится исключительно дровами. Именно на ней изготаливает свои чудо-пиццы Тони.

Из прочих блюд, как утверждают специалисты, следует обратить внимание на гриль осьминога с молодым картофелем, самбуки и спреды, салат капрезе, копченные махи и тосканскую печень, изготовленную с оттенком фуа-гра и Amarena вишни, и многое другое.

Хорхе памятник при жизни полагается

Pérez Art Museum MiamiВот так вот, чуть переиначив слова Маяковского, начнем мы заметку о новом музее, который совсем недавно распахнул свои двери, – музей современного искусства Хорхе Переза в Майами – PAMM | Pérez Art Museum Miami.

Хорхе – живая легенда Майами, уже сегодня его ставят наравне с Флаглером и Коллинзом, чьи имена носят главные проспекты Майами, а знаменитый брокер Питер Залевски так вообще во всеуслышание предложил сваять ему памятник при жизни.
Хорхе Перез родился в Буэнос-Айресе в семье кубинских иммигрантов. И на сегодняшний день он входит в 25 самых влиятельных латиноамериканцев, живущих в Соединенных Штатах. Хорхе возглавляет крупнейшую строительную компанию по разработке новых жилых проектов Related group. Начал он еще в 70-х прошлого века с небольших застроек в районе Little Havana  и Homestead и за эти годы поднял компанию до многомиллиардного оборота. Кстати, немало построек Хорхе и в нашем Санни Айлсе: все четыре Ocean I,II,III,IV, три башни Трампа, а заодно и Трамп Голливуд, и City Place в Вест Палм Биче, и Мurano Grande, и Icon South Beach, и Portofino Tower, и Icon Brickell, и Аpogee с бешеными ценами более $2,500 за фут, и Маrea, и One Ocean на South Beach, и новые еще не построенные монументальный Brickell Heights, Paraiso Bay, гостиницы SLS на Brickell и в Мidtown,  W – гостиница на океане, Baltus, Мy Brickell и Icon bay… кажется, этот список можно продолжать до бесконечности так много строит этот замечательный Хорхе в нашем замечательном городе. Но кроме своего основного дела – строительства – Хорхе Перез уже много лет выступает спонсором многочисленных архитектурных форумов, кино-фестивалей и других культурных деяний в Майами. Новый музей не случайно решено назвать его именем, поскольку Хорхе сделал очередной царский подарок городу: внес 25 миллионов и подарил музею свою коллекцию произведений латиноамериканских художников, которую уже сейчас оценивают в 15 миллионов долларов!
Для тех из наших читателей, кто еще не побывал в музее, скажем прямо: это – сказка! Музей, – выполненный в минималистическом стиле куб, с висячими живыми садами и потрясающим видом на залив, захватывает. А на террасе ресторанчик Верде с забавными официантами, а внутри два этажа удивительных и причудливых работ скульпторов и художников современной Латинской Америки, уютный скульптурный садик с  чудными литыми головами животных, фотоработы и инсталляции велосипедных колес и висячего металлолома, игрушечные флотилии и политические экспозиции, посвященные Ай Вэю и его борьбе с китайским коммунистическим режимом… работы, что называется, на любой вкус. И если вам здесь понравится, то, заплатив всего лишь $55, вы сможете наслаждаться музеем в любой день целый год. Ну, а если вам жалко денег, или нет времени часто посещать музей, можете просто приезжать сюда каждый первый четверг месяца – это бесплатный день.

Перемоем косточки предкам?

Перемоем косточки предкамЕсли не сильно вдаваться в подробности, то по-Маяковскому «все мы немножко лошади». Даже те из «всех», кто живет в Майами. Потому что майамцы немножко другие, майамцы еще и немножко текеста. И не важно, откуда вы приехали в наш благословенный город, из Москвы, Нью-Йорка, Буэнос-Айреса или Пекина, становясь майамцем, вы принимаете на себя почетное право быть наследником исчезнувшей культуры, некогда, в доисторические времена, жившего здесь народа, который назывался текеста.

Наши археологи славные ребята провели серьезные раскопки в центре Майами, в том месте, где река Майами впадает в Бискейнский залив. Найдены многочисленные артифакты, подтверждающие давнюю теорию, что в этих местах еще в доисторические времена жил весьма загадочный народ, который мог не только строить здания в несколько этажей, мостить дороги, изготавливать посуду, инструменты и орудия для охоты, но умел производить математические исчисления.
По сути, то, что нашли археологи в устье Майами, – небольшое древнее поселение с домами и улицами. «Странные люди заполнили весь этот город». Судя по всему, они умели и знали гораздо больше, чем появившиеся примерно в это же время наивные Адам и Ева. И если это так, то не исключено, что, мы, майамцы, ну, в смысле – текестсцы, ведем свою родословную с какой-нибудь загадочной Проксима Центавра. Не случайно ж все мы такие удивительные и романтичные. Особенно женщины…

Битлография Майами

Битлография МайамиМой папа был человеком законопослушным. Внешне. Но внутренне – абсолютным антисоветчиком. Проявлялось это в разных вещах, например в том, что он никогда не подписывался на газету «Правда», мы получали более «либеральные» «Известия». Именно из этой газеты я впервые узнал о новом ансамбле «Битлз», от которого на западе все сходят с ума, и даже мыло так назвали. «Врут, небось», – коротко сказал мой антисоветски настроенный папа. И впервые ошибся. И хотя статья была написана с издевкой, а «битлов» называли трутнями и навозными жуками, главное было правдой: мир если и не помешался, то влюбился навсегда в четверку молодых ливерпульских музыкантов.

И слава их началась ровно 50 лет назад. 7 февраля они приземлились в Нью-Йорке и через два дня, 9 февраля, впервые появились в «Шоу Эда Салливана» и, как говорится, в таких случаях, «на следующий день проснулись великими», первыми английскими музыкантами, покорившими Америку! В том, самом первом в туре по США и трех теле-шоу с Эдом Салливаном их посмотрели 73 миллиона человек. Абсолютный рекорд для тех дней!
Вторым городом в туре Битлз был Майами. Здесь проходила подготовка к следующему шоу. Музыкантов много фотографируют: на пляже, в бассейне, на катере в Майами -Харбор, на ринге в тренировочном зале на 5- стрит у Кассиуса Клея(так тогда звали Мухамеда Али), с девчонками в маленьком автомобиле, в звукозаписывающей студии, в ночных клубах, на концертах комиков Дона Риклейза и Майрона Коэна и певицы Кэрол Лоуренс…
Юным английским музыкантам так понравился Майами, что несмотря на жесткий график американского тура, они провели здесь целых 9 дней – с 13 по 22 февраля.
Кстати, когда мой папа переехал в Майами, я напомнил ему о той заметке из «Известий». «Конечно, помню, – сказал он. – Наверное, это была первая публикация в советской печати про Битлс. И как всегда – сплошное вранье. О чем говорить, если они обещали советскую власть на века, а ее вот уж сколько лет нет, а Битлз, которому они обещали быстрое забвение, живет, и мы слушаем их великую музыку, и будем слушать, как Моцарта и Чайковского – всегда!»

У вас есть новость? Присылайте ее в редакцию, пусть о ней узнает ВСЯ ФЛОРИДА!
Наш адрес: florusus@yahoo.com В рубрику «Флорида и флоридцы».

Лучшие информации будут отмечены денежной премией.

Apr 1, 2014 0 Comments

Comments are closed.

Highslide for Wordpress Plugin