«Сан-Кристобаль — высочайший и один из наиболее активных вулканов Никарагуа. Размеры кратера — 500×600 м» – из Гугла.
За последние два года я покорил в Никарагуа три вулкана. Но по ночам снится только он – Кристобаль, самый высокий и самый огнедышащий. Нет, снится не весь подъем, а только последний час – финальный участок, когда под ногами один черный песок и не за что ухватиться, и ты постоянно скатываешься назад. В этот момент так хочется на все плюнуть и крикнуть в спину гиду Гуиллермо: «Будь ты проклят вместе с этим мерзким противогазом! С меня достаточно, дальше карабкайся сам!» Но, как и часто в жизни, я сжимаю зубы, что-то сам себе бормочу и с рвением бульдога ползу напролом вверх – в самый дым, к самому жерлу, чтобы через час уже скакать на вершине и скалиться от радости, как умалишенный.
Восхождение мы начали в 6 утра и через 3 часа и двадцать минут были на вершине. Нет, не олимпийский рекорд, но я и не спешу, мне нравится остановиться и сфоткать крутой обрыв, над которым ползу, засмотреться на редкую таракашку, не понятно как попавшую сюда, на верхотуру, к вулканическому дыму и газам. Черный песок лавы и мелкие камешки мешают идти. Многие альпинисты суеверны и просят гору разрешения подняться, я же просто болтаю с вулканом, у нас вопрос моего покорения даже не обсуждается. Главное, каких усилий и сколько волн пота это мне будет стоить?
Никарагуа — вулканий рай: 19 основных, из них 8 активно действующие. Я был на Момотумбо. К нему мы продирались через дикие джунгли с помощью мачете. Потом я залез на вулкан Консепссион, что на острое Ометепе. И вот — мое третье никарагуанское восхождение на великий и могучий Сан Кристобаль! Тем, кто вертит пальцем у виска, скажу: «В горах мне классно, как дома. Дома я вспоминаю горы, а в горах – думаю о Майами».
Андрей Росин/Andrey Rossin, наш спец. корр., лауреат журнала. «FloriДА».Фото автора.