Ежемесячный Журнал                             Tuesday 20th November 2018

Apr 1, 2011 6 Comments

ФлоридаКон-2011

Записки кладовщика

Айдар Сахибзадинов

(на пожарище найденные)

Оно и в жизни так: сперва чувства, потом разум.
Чувство оно, – как ветер, как летящая тройка, глаза прищурены, в гривах играют свирели Эрота. Но осадит разум, вонзятся в алчущие губы удила, вопьется подпруга глубоко – в самые в чресла. Так что мучат потом телесные муки.
Если дать сочинителям сию тему, объявить конкурс, так и начнут строчить – про сыр и мышеловку, про бедра и капкан… Да еще найдутся щелкоперы, бумагомараки, пьесу напишут, где чувство берет взятки, а то и взаймы – то гусями, то головкою сахара, а потом, как осадит разум – чувственный ревизор, так хлыщ и помчится по столбовой, станут сверкать только голый зад и пятки…
А вот у нас не так. У нас бумаг не марают и шелка не прут. Потому как у нас – цифири. Четкие, как медные буквы закона. Как в амбарной книжке. Теперь она расходной называется. У нас склады. Ну да ладно…
Итак, однажды нам случился сыр, где в мышеловку попал… разум.
По случаю зло-умышления. Ведь как ни крути, в этом слове тоже есть корешок – умЪ. Словом, в деле этом оба слова зело фигурируют. И оба впереди чувства.
Он был мне хозяин, пожилой бизнесмен Иван Алексеич. Его детство прошло очень давно, – еще в начале войны, ну прямо, как в бородинской дымке…
Имел Иван Алексеич свое дело. Магазины у него были стройматериалов.
Там было все: кирпичи и шелковые занавески, нитки, бензопилы, насосы «Юпитер» и даже тараканы.
В тот год цемент стал жутко возрастать в цене. Алиграх душил конкурентов, и делал по всей стране монополию. Трудно стало с цементом.
И вдруг появляется весточка. В Ростове, мол, цемент есть, причем дешевый, а кто много возьмет, тому скидка.
Ивана Алексеича на жадность не возьмешь, калач тертый. Послал в Ростов менеджера, тот звонит оттуда: продавцов душат, склады заставляют опорожнять – вот и дешево. А цемент хороший.
Иван Алексеич не дурак, опять же сам в Ростов поехал. Убедился: да, цемент, в мешках, один даже порвал, проверил.
Все по уму, по разуму.
Отгрузили ему фуру, отправил в пенаты. Подумал, позвонил другу. Друг взаймы еще безналичкой перечислил. Загрузили вторую фуру.
Приехал домой, развез по магазинам, стал торговать. Налетели покупатели, брали помногу.
Проходит день, второй.
Однажды утром звонят: «Иван Алексеич, наших продавцов тут крутые ребята это… цементом кормят!»
- Как это кормят?
- Руки заломят, и туда, где орет – запихивают.
Приезжает Иван Алексеич на гелен-вагене. Хлопает дверкой, как створкой сортира: в чем дело?!.
- Иван Алексеич, – кричат разбитые морды, – Мука!
Как, мол, мука?!
Оказывается, на югах был неслыханный урожай зерновых. Мука в складах портиться начала. Хранить негде, вот предприимчивые кавказцы и скупили. Смешали с какой-то дрянью. Глянь, Иван Алексеич: на мешках номера – и все, как один, одной цифрой! Тогда как должны, ежели заводской конвейерный штамп, соблюдать очередность.
Ну, ведь не дурак же Иван Алексеич! И мешок разрывал и на ладонь этот цемент сыпал: потрясешь жменю, а он самоуплотняется меж пальцев, приятен и тяжел, как вода. Он еще понюхал тогда, хотя нюх-то прокурен, но почуял: сухотой отдает, так и есть цемент, ноздрю сушит.
А тут мука!
Иван Алексеич все не верит, пробует на язык. Она !
И-и, ерема глядь, нет на них бога! Ну, хоть бы что другое подсунули. А то ведь святое дело – муку!
И вспомнил Иван Алексеич детство, чуть не заплакал. Ведь не так денег жаль, как себя – того мальчика, что ходил со вспухшим животом и у немцев крохи выпрашивал… Эх, отправил бы эшелоном в то самое детство эти мешки – принимайте люди, пеките лепешки, ешьте и кормите рахитов! Изверги, так хлеб оскорбить!
И ведь да еще и муку испоганили. С чем-то смешали, теперь выбрасывай и саму муку.
То ли это жадность в нем говорила, то ли благородный гнев, который мы обычно включаем, кода нас обведут вокруг пальца, и про который забываем , когда егорим сами, – неизвестно.
Не стал более возмущаться Иван Алексеич, а стал будто чужой.
Лицо серо и каменно. Только глянул в облака, выдвинул челюсть, и, будто ею нас раздвинув, прошел мимо.
Закрылся в кабинете.
Долго стоял, глядя в окно.
- Бизнесу п….ц! – сказал разум.
- Тьфу!- добавило чувство.

Айдар Сахибзадинов
Москва

Tags: ,

Apr 1, 2011 6 Comments

6 Comments

  1. Г. Тарасов. says:

    Наш человек. Плевать на бизнес, если он такого замеса…

  2. Евгений Павлов says:

    Ай как все это по-николайвасиличгоголевски красиво рассказано! Обязательно всем своим порекомендую.

  3. tktyf says:

    Спс за рассказ. А что это за автор? Начало 20-го века? Не скажу, что очень проник в душу рассказ, но начало себе скопирую как цитату ))

  4. Владимир Эйснер, Германия says:

    Очень хороши “Записки кладовщика” Айдара Сахибзадинова

  5. Владимир Эйснер says:

    Невероятная история! Чувствуется, из жизни взята. Смешать цемент с мукой, испортить хлеб – это как плевок в душу. Такое трудно пережить здоровому разуму. Поэтому и настораживает замечание автора: “Записок кладовщика”: на пожарище найденные. Сильный рассказ, спасибо автору!
    Исправить бы опечатку в тексте: надо “Олигарх”, а не “Алигарх”.

  6. Florida-RUS says:

    Нет, наверняка это не ачепятка, а фамилия персонажа. Мы это, во всяком случае, расценили именно так.

Highslide for Wordpress Plugin