Ежемесячный Журнал
Просыпаюсь – а родинки нет
на бедре. Все на месте, а эта –
как снежинка, горчичного цвета…
Я теперь – без особых примет.
Лариса Доброзорова
Просыпаюсь я часиков в пять,
И представьте (скажу по секрету):
Честь на месте – а родинки нету,
Кто стащил до сих пор не понять.
Но теперь заведу пистолет –
Трепещите банкиры и банки.
Не поймать меня людям с Лубянки –
Я теперь – без особых примет.
Ночь, Санкт-Петербург, косой снежок летит. Останавливаю тачку, ехать в центр. За рулём довольно сохранной допотопной машины сидит кавказец лет 50 – невысокого роста, с бочкообразной грудной клеткой, со сросшимися бровями, с довлатовским «крупным недорогим перстнем» на безымянном пальце.
Сажусь в машину, говорю куда ехать. В салоне музыка играет – Бока.
Сергей Сальников
Бурлящий след за кормой указывал направление на порт Осака. Солнышко отправилось спать.
Тихий ветерок, тепло, воняет серой и прочими прелестями Японии, урчит на среднем ходу главный двигатель, уверенно режет форштевень грязную, чёрную воду Внутреннего Японского моря.
Мастер положил свой капитанский бинокль:
Есть и в провинции многоэтажные дома, но они высотой никак не сравняются даже с подножием столиц.
Панельный дом Валентины стоял довольно близко к другому такому же дому. Валентина часто сидела у окна. Взгляд охватывал весь фасад противной пятиэтажки, упуская небо и рябиновую рощицу чуть левее двора. Дом закрывал вид на набережную, на высокий берег, на столицу.
История мореплавания хранит немало историй о таинственных обитателях океанских глубин и связанных с ними различных легендах и суевериях моряков. Справедливости ради заметим, что болезнь суеверия присуща не только морякам. Имеется даже словарь предрассудков. Он составлен американским профессором Нэндом и включает более полумиллиона статей и заметок. Но, не будем скрывать, морские суеверия занимают здесь значительное место. Ничего удивительного, все незнакомое, странное и таинственное, что встречалось на морских просторах или в пучине океана, давало богатую пищу для фантазии.
Пруд был маленький и грязный, но Павлушу это не смущало. Летом тянет к воде, а до речки далеко. К тому же по шоссе. А пруд тут, под боком – пятнадцать минут на велосипеде, всего и делов. Павлуша ездил туда по вечерам, когда стайки дачников уже успевали впитать в себя положенную дозу ультрафиолета и покинуть насиженную траву. После них оставались пустые полиэтиленовые пакеты, полиэтиленовые пакеты с мусором и просто мусор. Самоназначенная смотрительница пляжа, хозяйка ближайшего к пруду дома, этот недовыброшенный мусор собирала и
45 лет назад, 10 марта 1966 года, на небольшом финском кладбище поселка Комарово под Ленинградом, среди огромных еще сугробов, появился свежий холмик земли, заваленный цветами. На простом деревянном кресте вырезано:
Анна Андреевна Ахматова
1889 – 1966
Накануне, в Москве, на траурном митинге во дворе больницы Склифосовского поэт Лев Озеров сказал: «Завершилась большая, полная испытаний, горечи и позднего триумфа жизнь Анны Андреевны Ахматовой. Начинается ее бессмертие!»
В нашей семье по оптимизму я – на втором месте. То есть я догадываюсь, что будет плохо, но не люблю об этом думать. Жена на третьем: она точно знает, что будет плохо и думает об этом постоянно. А вот на первом месте с большим отрывом идет наша 11-летняя дочь Ася.
В субботние и воскресные дни народ в садах копошился, как в муравейнике, с той только разницей, что в муравейнике тихо. Напоминая пеструю демонстрацию, направлялись во вторую половину воскресного дня к электричке; были счастливы, когда удавалось в нее втиснуться. Ведра, рюкзаки, сумки, тележки
Уже давно в нашем дворе живут ежи. Когда они поселились, не знаю. Может еще до того, как мы купили дом. Обычно я их нахожу весной. То в сарае, то на сеновале, когда весной заканчиваются запасы сена. И только двух. Вероятно супружескую пару. Я часто задумывался, куда деваются остальные – ведь они должны размножаться. И размножаются.
В избе неприютно, на улице грязно,
подохли в пруду караси,
все бабы сбесились – желают оргазма,
а где его взять на Руси!»
Лев Лосев
Я в Штатах шатался по улицам разным
И думал порой на бегу –
Александр Росин
редактор
Новость первая – материальная.
Вслед за адвокатом Торчинским, который изъявил желание стать Генеральным спонсором конкурса «ФлоридаКон-2011», руку дружбы и чек подал «Флориде» один из самых любимых и популярных людей в «русском» Майами доктор М. Кацман и его жена Соня.
Виталий Сероклинов
писатель, ответственный
секретарь конкурса
«Следующая остановка…»
Когда мы только начинали конкурс, многие, считающие себя маститыми, авторы высказывались об этой затее пренебрежительно – мол, что вам это даст, какие дивиденды, а уж премиальный фонд конкурса – кот наплакал. Ну, а авторам вообще никакой пользы – порадуются, дескать, чуток, да
Из дневников поэта
Продолжение. Начало в #10/2010г.
Вчера мы разговаривали в системе айсекью со Светланой Валентиновной Марковской. История сообщений у меня не ведется – поэтому по памяти воспроизвожу.
Про то был разговор, что вот можно ли например священнику быть поклонником изящных искусств и водить дружбу, к примеру, с поэтами или художниками?
Мы решили, что это грех. И так делать нельзя.
Эдуард Дворкин
Трофимов – приятный молодой человек. Он гладко выбрит, со вкусом и опрятно одет. Он курит трубку и носит очки. Оказывается, у Трофимова есть собака. Когда она задирает коротковатую мохнатую лапу, Трофимов выпускает из трубки клуб дыма и виновато улыбается.
Я начал заигрывать с самоубийством в шестом классе. Мой одноклассник принес на урок труда чешский журнал «Фото» с изображением лежащей голой женщины, что по тем временам приравнивалось к жесточайшей порнографии. Журнал ходил по классу, трудовик Гришка вырвал его из моих рук, спрятал и вызвал в школу моего отца.
Кажется, Эразм Роттердамский сказал эту крылатую фразу, которую сейчас вспомнила Эля. Она всегда, думая о доме, вспоминала, в том числе, и свою домашнюю библиотеку. Как точно сказано: «Моя Родина, там, где моя библиотека». Библиотека занимала почти половину жилого пространства ее и без того тесной квартирки.
«Жизнь длится в течение поцелуя
все прочее –мемуары
(Александр Макаров – Кротков)
Я ждал ее на дорожке у метро.
Липы кариатидно склонились надо мной. Они отцветали, и весь асфальт был иссыпан засохшими цветочками. А какой аромат стоял здесь прохладным утром еще неделю назад! Но теперь нахлынула жара, и повсюду царил только один запах – взвешенной-взбешенной пыли, плавящегося асфальта и автомобильного перегара.
В бодегу на Жуковского, 7, папа не ходил никогда.
– Пошли, ну-у, пошли выпьем по стакану! – уговаривал я его.
Ни в какую!
Зато снисходил к моим просьбам дядя Гриша – папин брат. У дяди Гриши были четыре дочери. Так что, меня, единственного племянника, он очень любил. И я его тоже…
Игорь ковырнул слабо прокопченное брюхо салаки. Раздавив рыбешку пополам, выпил оставшуюся водку, закусил. Качаясь из стороны в сторону, к столику подошла официантка. Официантки вагонов – ресторанов всегда качаются из стороны в сторону. У них варикозное расширение вен и проблемы с вестибулярным аппаратом.
Если зайти в Google Maps и вбить в строке поиска «Брагуны», то перед вами предстанет снимок нашего села со спутника. Почти у самого его основания – справа, приглядевшись, около П-образного строения сельсовета, вы увидите телефонную вышку. Точнее даже не вышку саму, а крону ее, и тень на земле – длинный шпиль, почти у самого кладбища.
Заброшенная железнодорожная станция оказалась не так пуста, как показалось сначала: из-за леса едва заметно мигал, прорываясь сквозь снегопад, фонарь обходчика. «То, что приходит первым в голову, то и верно», — решил мальчик и побрёл через снежные завалы в сторону путей.
Анна –московская поэтесса. Автор пяти поэтических книг – «Каштаны на Калининском; «Сто одно стихотворение». Лауреат премий издательства «Московский рабочий» и журнала «Москва» за стихи о Москве, премии Венгерского культурного центра в Москве за переводы стихов венгерских поэтов.
Александр Росин
редактор
Поздравляем всех наших читателей, авторов и рекламодателей. Спасибо вам огромное, ребята, мы вместе вот уже 10 лет делаем хорошее и нужное дело.
И всем приславшим поздравления тоже спасибо.
Какие-то из них мы здесь опубликуем.
Может, это покажется нескромным демонстрировать поздравления себе любимым, но ведь – не случайные люди, они – авторы и создатели «Флориды», а значит, это поздравления не только работникам редакции – двум Юлям, директору по рекламе Юле Росиной и дизайнеру Юле Голиковой, – но и всем, кто имеет к журналу отношение: писателям, поэтам, публицистам, художникам, дизайнерам. А так же – рекламодателям. А так же – читателям.
Михаил Ландер
капитан дальнего плавания.
Лауреат премии журнала «Флорида» 2003 г.
«Ибо нет ничего тайного,
чтоб не стало явным,
все сокровенное, как закрытое
или зарытое – сделается явным.
Палачей имена наречат и осудят,
а кости их прокляты будут»
Евангелие от Луки, гл.8 ст.17
Летом 1972 года, в силу личных обстоятельств, я покинул Север и вернулся в родные пенаты. Меня поставили в резерв капитанов Черноморского пароходства и предупредили, что в течение одного-двух месяцев подберут «мостик», а вызовут меня по телефону.
Александр Кузнецов-Тулянин
Лауреат премии журнала «Флорида» – 2008г.
Базар. Гудящий, галдящий, орущий, плачущий, ржущий, пьяный, небритый, потный, спешащий, чинный, считающий, жадный, воняющий, пахнущий, скользкий, злой и довольный.
А вот чей-то зад, попирающий ящик. И нищий – отрепье, культя. Пацифист из Баку – на прилавке апрельские помидоры, за пазухой анаша. Старуха, морковка. Бритоголовый – синантроподобный. Лица, обличья, физиономии, рожи…
Татьяна Гоголевич
Лауреат премии журнала «Флорида» – 2009 г.
Отрывок из «Повести о Востоке»
Черное звездное небо вдруг переворачивается звездами вниз, одна из них стремительно растет и дробится на части, становится городом, необыкновенно красивым ночным городом, в центр которого опускается самолет.
Это самое первое впечатление от Ташкента. Самолет приземлился, и в уже открытый люк горьковато и горячо дохнуло древней пылью и розами.
Айдар Сахибзадинов
Лауреат премии журнала «Флорида» – 2010 г.
Отрывки из рассказа
В ЛитО при музее Горького я начал ходить еще школьником. Семидесятые…
Это прежде всего молодой и красивый Марк Зарецкий, бедный, вдохновенный поэт с длинными, как у Христа, волосами. Прекрасная дикция, знание наизусть сотен страниц российской поэзии, великолепное артистическое чтение — как альтернатива стихам заносчивых “гениев”.
Нина Горланова
Вячеслав Букур
Лауреаты премии журнала «Флорида» – 2007 г.
В имперском июле он познакомился с балериной.
Тут, конечно, начинают вокруг виться обертоны Серебряного века… Прочь, прочь! Все было не так. Даже наоборот.
Театр оперы и балета располагается позади Ленина, который и сейчас своей чугунной кепкой продолжает свои темные пассы над городом. Игорь стоял в сквере перед оперным театром, располагая перед собой букет и так, и сяк, чтобы увеличить его боеспособность.
Кастусь Северинец
Лауреат премии журнала «Флорида» – 2008г.
/Попытка лирических воспоминаний/
Даже если очень сильно захочется, напрасно искать на глобусе хотя бы малюсенькую точечку с дорогим для меня названием: УНОРИЦА.
Не тот масштаб, не те горизонты, не та значимость.
Но такая точечка — родинкою в моём сердце. И не стереть её, не смахнуть до окончания века моего никаким ураганам, ливням, грозам. Потому что родинка эта – подарок судьбы, она от родителей и от Бога.
Галина Эйснер-Негрук
Лауреат премии журнала «Флорида» – 2003г.
«Попрыгунья Стрекоза, лето красное пропела; оглянуться не успела, как зима катит в глаза». О ком все это? Вроде бы, о стрекозе? А как же “попрыгунья”? У стрекозы ноги-то и для ходьбы не приспособлены, куда там попрыгать, поплясать…
Read More “Дедки, бабки, красотки девушки и прочие демуазельки” »