Кому сейчас паршиво или беспросветно, очень советую прочитать. Отличная психотерапия.
Из Фейсбука Акунина-Чхартишвили
Леонид Вакалов
Вытянул вынужденную эмиграцию, работая велокурьером в 59 лет, наматывая по 50 км ежедневно в любую погоду.
OlgaStaseva ·
Сама! От и до. После 40. После химиотерапии. Построила новый бизнес в новой стране, с новыми законами, с новым языком. Это был трудный путь. Но я САМА!
Знаю, что тема скользкая. Знаю, мне начнут говорить о колесе, об электричестве и печатном станке Иоганна Гутенберга. А я и не стану спорить. Потому что знаю: прежде, чем заслужить честь и радость растянуться с электронной книжкой в гамаке, я встал в 5 утра и до рассвета писал тексты в этот, мартовский номер, который вы сейчас…
Поговорим о взрослении. Или о старении. Как кому удобней.
Признаюсь, мне об этом говорить легко и приятно. Легко, потому что все мы взрослеем (или стареем), т.е. знаем это дело не понаслышке, а из первых рук. Приятно, потому что быть взрослым проще, у взрослых меньше проблем, фобий, запретов и страхов. Чем старше мы, тем больше у нас свободы.
Возможность заниматься бессмысленными занятиями, например, как эта девушка, танцевать в океане, – высшее достижение человечества!
А еще – безделье. Первым эту мудрость заметил гражданин мира Диоген Синопский. Он улегся в бочку и сказал зевакам: «Отойдите, вы заслоняете мне солнце!»
Знаю, что тема скользкая. Знаю, мне начнут говорить о пользе труда, о колесе, об электричестве и печатном станке Иоганна Гутенберга.
Отрастил бороду и совсем уж стал похож на Карабаса Барабаса. Не внешне, конечно, внешне я по-прежнему могу притвориться славным и чертовски обаятельным. Внутренне, внутренне, господа! Чему удивляться, ведь в этом месяце ровно 50 лет, как занимаюсь я журналистикой. Слышите вы, нытики, 50!
Любая работа накладывает свой отпечаток на наши души. Есть очень милые профессии, например, кассир, выдающий труженикам зарплату. Или постовой полицейский, который помогает старушкам и маленьким детям перейти улицу. Или эстрадный артист разговорного жанра, он пытается нас развеселить… Или политик, он хочет нас сделать богатыми, здоровыми и счастливыми…
Сказал правнуку: – Видишь, на подоконнике ракушка? Я когда-то пацаном, почти, как ты, нырял за ней на учдерском мысу в Дагомысе. Возьми, послушай, там море шумит. Талиан не поверил. Смотрел на меня, будто ждал подвоха. Потом приставил ракушку к уху, глаза стали круглыми: – Саня! – закричал. – Она шумит! Там море живет!
Жить у океана, бывать на океане, принимать его дары и не уставать поражаться этой красоте – может, это и есть счастье? А значит – и смысл жизни? Кто-то скажет: «Да кто ты такой, пацан, чтобы лезть в такие дебри схоластики?» И я отвечу: «А знаешь, чувак, ведь мне в этом месяце исполняется 72 года. Семьдесят…
В 17 лет я впервые стал эмигрантом. Я покинул территорию Черноморского побережья Кавказа, где родился и вырос, и уехал в Беларусь, в университет в Минск.
С тех пор я все время перемещаюсь, при этом с интересом наблюдаю, как в зависимости от нового места, языка, уклада, меняюсь сам.
Блюда из манго, авокадо, папайи – ежедневные и обязательные в нашем флоридском доме.
А вчера на океане я выловил большой и толстый бамбуковый ствол. Решил украсить им сад. И сделал декоративную изгородь, как ее делают карибские и японские островитяне – без гвоздей, укрепив пальмовыми листьями.
– Ой! А что это за сияющее пятно в океане, тятя? Оно приближается к нам быстрее птицы! – А это, мой мальчик, озеро счастья. Однажды оно придёт к нам и заберёт к себе. – Навсегда? – Навсегда. Но пока, малыш, радуйся каждому новому году, новому дню, каждому новому мгновению жизни! И пусть эти мгновения будут…
У меня в редакционном архиве огромное количество снимков. Есть среди них более удачные или менее. Есть, конечно, и несколько шедевров. Даже те, кто меня не сильно любит или даже вообще терпеть не может (как известно, музыканта и редактора может обидеть каждый!), стонут от зависти и, всхлипывая, признаются: “Старичок, ты – гений!” Я делаю вид, что…
У меня были и есть несколько знакомых поэтов, которые с годами перестали писать стихи. Мне кажется это странным, потому что поэзия – вещь штучная, не всем дано. Вспомнил, как мой папа когда-то сказал: “Хорошо, что ты научился жонглировать. Никогда не бросай. Даже когда старым станешь, не бросай”. Ну вот, мне уж скоро 72, а мячи…
Когда-то я основательно изучил живопись Чюрлениса. Это было очень давно. Может быть, сорок лет назад. Тогда я писал сценарий воздушного аттракциона “Гимн солнцу” для Валентины, Юры и Валеры Пантелеенко.
Жаль вот только, разминулся с Феликсом Розинером: никто так хорошо не знал Чюрлениса, как он. В 1996 году Розинер жил в Бостоне, моя приятельница, хозяйка книжного магазина «Лавка читателя» Мара Фельдман, дала мне его телефон. Я позвонил, договорились встретиться, но он заболел и вскоре умер. И Пантелеенко тоже. Юра в Швейцарии, Валера в Майами, а Валя – в Москве.
Мне нравятся пеликаны. А ещё мне нравятся пересмешники. Есть один, который каждое утро, усевшись на флюгере, поет у меня в саду. Но пересмешник, хоть его и называют официальной птицей штата Флорида, плавать не умеет. Или не любит, не знаю. А пеликаны умеют и любят. Я давно наблюдаю за пеликанами. С некоторыми даже дружу. Они выше мелочных обид. И нет для пеликанов ни принца, и ни нищего, ни эллина, ни иудея, ни дна, ни покрышки. Они живут своей чудесной, несуетной жизнью. Ловят рыбу, наблюдают восходы и закаты и смотрят на воду… Но не ждут, когда мимо проплывет труп врага. Им это не надо: месть, ревность, зависть – не для них. Если пеликану вдруг становится скучно жить, он делает круг над берегом и навсегда улетает в океан. Что может быть прекрасней? «Пеликан – это молодость мира!» – сказал поэт. Он тоже хотел взлететь, но не смог. И застрелился. Поэт застрелился. А пеликан полетел дальше.
Вспомнилась вдруг моя давняя поездка в один небольшой полесский городок.
Конец декабря 1976 года. Работал я тогда в редакции мелиоративного журнала. Все эти МУООСЫ (межрайонное управление осушительных и оросительных систем) находились чаще всего на окраинах городков или сел, добираться до них было скверно, ночевать в вонючих и холодных бараках-общагах – тоскливо, а потому я старался всю командировку делать за один день. Приехал утром ночным поездом в райцентр, на скрипучем автобусе добрался до МУООСа, задaл какие-то вопросы начальнику, отметил командировку и отправился назад. Хорошо, когда у начальника МУООСа есть «газон», не надо брести по грязи или по холоду до станции или ждать под дождем автобуса. Но у этого начальника машина была на ремонте, и я пошел пешком.
Read More “«Шел я верхом, шел я низом, строил мост в социализм…»” »
Поговорим о взрослении. Или о старении. Как кому удобней.
Признаюсь, мне об этом говорить легко и приятно. Легко, потому что все мы взрослеем (или стареем), т.е. знаем это дело не понаслышке, а из первых рук. Приятно, потому что быть взрослым проще, у взрослых меньше проблем, фобий, запретов и страхов. Чем старше мы, тем больше у нас свободы. «Иди и смотри», – говорит молодость. «Сиди и смотри», – говорит старость.
Понимаю, что суждения мои спорные, а выводы кажутся поспешными, а потому не настаиваю. Я ведь – о себе. И сколько себя помню, всегда хотел быть старше. В яслях завидовал дылдам из подготовительной группы детсада, их будущей свободе от мерзкой манной каши и теплого молока с пенкой; в первом классе – дедушкам-десятиклассникам, почти откровенно курившим в школьном дворе; на первом курсе университета никак не мог поверить, что когда-то закончится вся эта бодяга с истматами-диаматами, и я наконец-то стану настоящим журналистом и буду пить в редакции крепкие напитки так же много и красиво, как эти старые прожженные тридцатилетние гиены пера…
Мое сегодняшнее утро после обычного чтения сводок боевых действий в Украине, было посвящено статье американской журналистки Аннелиз Гриффин.
У нее рак, а потому она пишет на эту тему. У меня тоже рак, но этой темы в своих заметках я касаюсь редко, поскольку не люблю говорить о болячках. У Аннелиз Гриффин другое мнение. Она пишет: “Около 40 процентов американцев в течение жизни диагностируют рак, и все мы от чего-нибудь умрем. Реальность этого просто ближе к поверхности для меня прямо сейчас”. Возможно она, думающая о себе и своей семье через призму болезни и всего с ней связанного, права. А может, я, старающийся, насколько это возможно, жить так, как будто ничего за последние два с половиной года у меня не изменилось. У каждого свое отношение к жизни. К работе. К смертельной болезни. И к самой смерти.
Лозунги и всякие aфористические измышлизмы только на первый взгляд кажутся примитивными. А если вдуматься, в них что-то есть. В самой глубине. Например: «Уходя, гасите свет!» Или: «Народ и партия – едины!» Или: «Не спеши на работу, не опаздывай на обед!»
Определение «Жизнь – есть способ существования белковых соединений» – то немногое, что я вынес из курса химии за нашу очень среднюю школу. И это немногое, как ни странно, мне в жизни пригодилось. Потому что скучное толкование я перевел веселей: «Жизнь – есть движение». И стал ему следовать.
Read More “Новые песни придумала жизнь, или делайте то, что любите!” »
Этот пост посвящен всем, кто, как и я, любит косить траву. Когда ты рано утром врубаешь свою электрокосилку, и она на радость спящим домочадцам, начинает жужжать, а трава послушно ложится к твоим ногам, рождаются всякие мысли и воспоминания. У великих – великие («Все счастливые семьи похожи друг на друга, каждая несчастливая семья несчастлива по-своему.» Или: «Не рыдай так безумно над ним, хорошо умереть молодым!»), у невеликих – невеликие. Каждому свое, – правильно?
Заголовок неожиданно для меня вышел странный и двусмысленный. Сразу вспоминаются первые годы перестройки и вся эта изотерическая галиматень, предсказания, гадания и прочая запредельщина, которая полилась, как масло масленое, с книжных прилавков.
Одной из самых популярных в этом ряду была книжка Раймонда Моуди «Жизнь после смерти». Меня так достали этой загробной мутью, что пришлось позвонить знакомому реаниматологу Мише и пригласить домой. Миша пришел со своим спиртом и новой подружкой-хирургической сестрой. После четвертой рюмки я спросил напрямую: «Ты за 25 лет непорочной службы встречался с бывшими покойниками?» Миша скривился: «И ты, Брут, туда же! Старик, представь, какую бы небывалую популярность я поимел среди страждущих вечной жизни, если бы намекнул, что слышал разговоры о коридоре и свете в конце туннеля. Увы, не видел, не слышал, не встречал. Давай лучше продолжим, – он кивнул на графин. – Так хорошо начали, пока ты не задал свой дурацкий вопрос».
«ДИСПЕТЧЕР, У НАС ПРОБЛЕМА: пилот потерял сознание, а я не имею управлять самолетом». Фраза принадлежала флоридцу Дэвиду Харрисону, пассажиру маленького самолета Cessna 208, который поднялся на Багамских островах и летел в сторону Флориды. Совершилось невероятное! Роберт Морган, диспетчер аэропорта Палм-Бич, помог Харрисону определить местоположение самолета и благополучно посадить Сессну в аэропорту Палм Бич!
На снимке: пилот поневоле Дэвид Харрисон(справа) и его спаситель диспетчер Роберт Морган.
ПЕРВЫЙ И КРУПНЕЙШИЙ ВО ФЛОРИДЕ КРЫТЫЙ АКВОПАРК Great Wolf Lodge начали строить на Мексиканском заливе в городе Нейплс. Это гигантское сооружение площадью 20 акров включает в себя не только массу великолепных водных аттракционов, но и гостиницу, несколько ресторанов и кафе, а также – парк приключений.
ЛУЧШИЙ ПЛЯЖ ФЛОРИДЫ назвать невозможно. Ведь это – 1,350 миль (2,170 км) потрясающих песчаных дюн вдоль Атлантики и Мексиканского залива! На них расположены 189 официальных, обустроенных спасательными станциями, пляжей. А сколько неофициальных, не знает никто. Мы составили список пяти самых-самых: Siesta Key, Bahia Honda, Miami Beach, Hollywood Beach, Sanibel Island Beach.
Вообще-то я клоун… И всю жизнь дружил с клоунами, эксцентриками, поэтами, канатоходцами, художниками, композиторами и прочим сбродом. Так незаметно и сам стал клоуном. Развлекаю почтенную публику. А потому знаю, что все люди смешные. И они должны уметь смеяться над собой. В этом их спасение.
Не помню, кто сказал: Чехов, Саша Черный, Зощенко или мой друг Эрик Шур? Неважно. Но он, этот умный человек, сказал: «Нужно уметь смеяться над собой. Всегда. Чуть только встал в позу, отойди на пару шагов, взгляни на себя со стороны, и тебе станет смешно».
Если не очень суетиться, можно прожить относительно долго и не сильно меняя пристрастия. В этом месяце мне исполняется 70 лет. Никогда не думал, что доживу до столь почтенных годов. Но еще меньше я думал, что всё, что радовало меня, будет со мной все эти годы. А оно было и осталось: море, парус, журнал, рассветы, красивые девушки, идущие вдоль кромки воды, и лучшие в мире строчки: Шпаликов, Окуджава, Лермонтов, Стивенсон, Бродский, Киплинг, Блок… Да, Александр Блок – forever!
Одна читательница, чтобы сделать мне приятное, написала, что, судя по моим снимкам, я лучший дрессировщик чаек.
Но вышло так, что она меня огорчила, потому что никого никогда я не дрессировал: ни детей, ни внуков, ни правнука, ни собак, ни чаек, ни пеликанов… Никого и никогда!
Вот и эта чайка. Она летит ко мне не по принуждению, а по собственной воле. Сядет на плечо, поболтаем малость стихами Юлия Кима: «А ты знаешь, что дельфины разговаривают? – Знаю, не знаю только о чем. – О торговых караванах, о морях и океанах, где какая рыба, и почем!» И разлетимся в разные стороны – свободная птица и свободный человек.
«Хочу кошку, чтобы она сидела у меня на коленях
и мурлыкала, когда я ее глажу».
Эрнест Хемингуэй
Те из литературоведов, кто считает, что Эрнест Хемингуэй больше всего любил выпивку, рыбалку и приключения, ничего не знают о настоящей страсти нашего великого земляка. А любил Эрнест Кларенсович больше всего кошек!
Эта лав стори началась в 1935 году, когда во флоридский дом писателя на Ки-Уэсте капитан Стенли Декстер привез в подарок Хемингуэю белого котенка по имени Сноубол(Снежок). Котенок этот был не обычным, а шестипалым.
Профессор К.Рамсеев-Убыхов,
научный консультант журнала «Флорида-RUS».
Как говаривал незабвенный Сергей Донатович Довлатов: «Два мира – два Шапиро».
А Интерфакс подтверждает мудрость довлатовской присказки: в одном мире «сносят единственный на Урале буддистский монастырь на горе Качканар», а в другом мире, ну, например, у нас во Флориде, – 125 буддистских храмов и молельных домов.
Большинство наших читателей родились при советской власти, а потому имеют крепкое атеистическое воспитание. Для нас, что буддисты, что адвентисты седьмого дня, что евангелисты или субботники – большой разницы не имеют. Много это или мало 125 буддистских храмов в одном отдельно взятом штате, сказать затрудняюсь. Ясно только, что жить они нам не мешают.
Александр Росин
главный редактор
Сам себе порой я напоминаю древнего архивариуса, про которого когда-то была такая песенка: «Сижу весь день, как рыболов, над книгами усердно я, поверьте мне, что мой улов, что наилучший мой улов – история занятная!»
Ну, не столько над книгами я сижу, сколько над картами, буклетами и собственными записями о путешествиях по Флориде. Ведь за 20 лет с тех пор, как поселился в Майами, «с лейкой и с блокнотом, а то и с пулеметом» объездил я десятки больших и маленьких городов, посетил множество скверов и гигантских парков, побывал на лучших пляжах, забирался на самые высокие маяки, а все равно каждый раз находил что-то необычное. Такая уж она, наша Флорида, – прекрасная, удивительная и неповторимая! Или, как писал романтик Майн Рид: «Флорида, как и в первый день открытия, ты достойна носить это нежное имя. Ты так же покрыта цветами, как и три века назад, когда Хуан де Леон впервые ступил на твои берега. Да и сейчас ты так же прекрасна, как в дни сотворения мира!»
Александр Росин
главный редактор
В советских газетах была популярная рубрика «Письмо позвало в дорогу». Корреспондент выезжал на запрос читателей куда-то в глубинку и разбирался с ситуацией. Я тоже довольно часто мотался в такие командировки, а однажды даже так взбудоражил общественность, что на реке Амур, в селе Нижне-Тамбовское, что на 60 км ниже Комсомольска-на-Амуре, даже закрыли строительство огромного, Всесоюзного значения, азотно-тукового комбината. Да, господа, за героев пьем стоя!
Это я к тому, что давеча в ленте новостей прочитал следующее: «Весной 2021 года в парке Busch Gardens в Тампе откроются американские горки Iron Gwazi – самые высокие на континенте и самые крутые и самые быстрые горки в мире». С тех пор, как мои дети и внуки стали большими, я (хвала Всевышнему!) избавлен от подобных радостей. Но ком, тем не менее, подступил к горлу. Это был не ком тошноты от чертовых горок, но ком печали – воспоминания юности мятежной. Письмо, что называется, послало меня в дорогу памяти. Потому что в этом месяце ровно 30 лет, с тех пор, как довелось мне поработать в том, самом чудесном из виденных мною парков, Буш Гарденсе!
Александр Росин
главный редактор
Из утренней переписки с автором.
Автор – Редактору: Дорогой дружище! Прочитал свой текст, отредактированный тобой. Мне нравится. Особенно – заголовок и концовка. Спасибо огромное! А еще меня подталкивает тема о парусе, которую мы с тобой обсуждали недавно. Хочу взяться. Но стал уставать, да и зрение, ты же знаешь, подводит меня сильно. Обнимаю!
Редактор -Автору: Спасибо, дорогой капитан! Но я тебя не жалею, потому что знаю: творческая усталость – одно из самых замечательных ощущений в жизни. Многим не довелось его испытывать. А ты и в свои вполне зрелые годы творишь и устаешь. И это прекрасно! Ведь не случайно умница-Заболоцкий сказал когда-то: «Не позволяй душе лениться! Чтоб в ступе воду не толочь, душа обязана трудиться и день и ночь, и день и ночь!» Обнимаю. Твой С.
Александр Росин
главный редактор
Из сообщений информационных агентств.
Рекордныe банкротствa в США в 2020:
Victoria’s Secret объявила о банкротстве. Zara закрыла 1200 магазинов. Ла Шанель закрыла 4391 магазин. Шанель остановила производство. Патек Филипп и Ролекс прекращает производство. Nike в общей сложности 23 миллиарда долларов долгов, готовящихся ко второму этапу увольнений. Gold’s gym подал на банкротство.
Основатель AirBnb сказал, что из-за пандемии 12 лет усилий были уничтожены за 6 недель. Starbucks закроют 400 магазинов.
Самая крупная компания по аренде автомобилей Hertz подала заявление о банкротстве. Ей также принадлежат Thrifty and Dollar.
Самая крупная грузоперевозочная компания Comcar объявила о своем банкротстве.
Александр Росин
главный редактор
Этой фразе приписывают сразу нескольких авторов: Антона Чехова, Марка Твена, Михаила Зощенко… Неважно. Все они достойны этого заявления, потому что сами, своей жизнью и творчеством – спасали этот самый мир. От пошлости, от скуки, oт чванства и человеконенавистничества.
Сегодня, когда мир вновь оказался перед жестоким испытанием, мне кажется, только юмор и способен помочь.
Вот почему я решил отменить все наши прежние рубрики, которые мы нарабатывали почти 20 лет, и оставить только одну – юмор. В этом и во всех следующих номерах, пока мы окончательно не разделаемся с эпидемией, наш журнал будет публиковать воспоминания, отрывки из мемуаров, писем и шутливые диалоги классиков юмора.
