Когда-то Утесов пел про Одессу: «В цветущих акациях город…». И нам становилось тепло. Море, юг, дворики, кошки, старики на скамейках и яркая неторопливая жизнь.
Майами тоже давно заслужил свою городскую песню. Только вместо акаций здесь, конечно, должны быть бугенвиллеи — пышные, южные, слегка хулиганские, лезущие через заборы и балконы так, будто им никто не объяснил, что такое дисциплина.
Великий сказочник Дисней открыл 17 июля 1955 года парк Disneyland, который стал началом огромной индустрии мечты. Без Диснейленда сегодня невозможно представить Флориду. Это — праздник, который не заканчивается.
ФОРТ-ЛОДЕРДЕЙЛ
Michelangelo’sSistineChapel: TheExhibition
Galleria Fort Lauderdale. Иммерсивная выставка: полноразмерные репродукции фресок Сикстинской капеллы.
Соединённые Штаты отмечают 250-летие независимости. 4 ИЮЛЯ страна празднует юбилей не только фейерверками, парадами и гамбургерами на гриле, но и грандиозными выставками — от Вашингтона до Майами.
Главным центром праздника стал Smithsonian Institution. Здесь проходит огромная программа «America 250»: исторические документы, первые флаги, живопись, фотографии, кинохроника и даже предметы повседневной жизни, по которым можно проследить, как из колонии выросла сверхдержава.
⚽ ФУТБОЛ (SOCCER)
Главное спортивное событие лета — игры 2026 FIFA World Cup. Матчи чемпионата мира проходят и во Флориде: — В Mайами и — Орландо.
Inter Miami CF — домашние матчи MLS на новом стадионе Miami Freedom Park.
• 4 июля — Fourth of July Food & Music Festival — Bayfront Park
Фудтраки, кубинские сэндвичи, барбекю, музыка и фейерверк над заливом.
• 5 июля — Lincoln Road Antique & Collectible Market — Lincoln Road
Старая посуда, пластинки, бижутерия, открытки и запах прошлого века.
Последней собакой в жизни Фаины Георгиевны Раневской стал беспородный пес по кличке Мальчик. Актриса подобрала его на улице, он был страшно избит, с переломанными и вмерзшими в лед лапами. Раневская отвезла дворнягу в одну из лучших ветеринарных клиник Москвы, где его вылечили. До конца жизни пес платил свей хозяйке безграничной преданностью. Сама Фаина Георгиевна писала о Мальчике: «Принесли собаку старую, с перебитыми ногами, лечили ее добрые врачи. Собака гораздо добрее человека и благороднее. Теперь она моя большая и, может быть, единственная радость. Но трудная это радость. Она сторожит меня, никого в дом не пускает. Дай ей бог здоровья!». У него были кривые лапы, огромное брюхо и седой хвост. «Мой Мальчик стареет с хвоста», — говорила она. Чтобы не оставлять его одного, Раневская отказывалась от домов отдыха, поездок на дачу. Он сильно скрасил ей последние годы. Она говорила: «Мальчик — самое близкое мне существо, если его не станет — умру». Когда пес оставался один дома, он страшно выл. Приходилось брать его в театр на репетиции. Для этого была разработана довольно сложная система: Мальчика привозили в театр, давали понять, что с хозяйкой не случилось ничего особенного, а затем стремительно возвращали домой. Актриса Валентина Талызина вспоминала: «Она его любила до безумия. Когда Раневская была на репетиции, он закатывал в гримерке такие истерики, что всем театром справиться не могли… Когда Фаина Георгиевна это слышала, у нее хватало сердце». Умер Мальчик через два года после смерти Фаины, похоронили во Внукове — там, где Раневская всегда любила бывать.
Женщина на капитанском мостике — чаще всего, если не трагедия, то драма. Конечно, бывают и исключения. В рейсах на Кубу я несколько раз принимал на борт женщину-лоцмана Элоизу Веркадес. В судоходной кампании “Royal Caribbean International” шведка Карин Стар-Йансон командовала пассажирским лайнером “Monarch of the Sea”. Но исключения эти лишь подтверждают правило: женщине не место на…
Майами давно привык удивлять мир. Теперь у города появился еще один повод для гордости: сразу два местных жителя вошли в экипаж миссии Artemis III, которая готовит возвращение человека на Луну. В состав команды отобран Андре Дуглас, родившийся в Майами, и Фрэнк Рубио, который появился на свет в Лос-Анджелесе, но считает Майами своим родным городом. Так…
Сидар-Ки/ Cedar Key расположен на берегу Мексиканского залива в часе езды от университетского Гейнсвилла. Это совсем крошечный городок, около 700 жителей. Но знаменит Сидар-Ки тем, что дома здесь построены на сваях, и при желании сидаркийцы могут ловить рыбу прямо с балконов. Благодаря своему необычному расположению прямо на воде, здесь всегда полно туристов. И вечером главная…
Суббота. Ранее утро. Пусто и тихо. Только иногда с глухим стуком падают в траву созревшие плоды манго.
На перекрестке 13 авеню и 182 стрит в Норд Майами две девочки лет 13-14 ждут школьный автобус. Что уж за школа у них такая, если им надо в 7 утра в субботу куда-то ехать, понятия не имею, может, в церковь или на соревнования. Девочки здороваются, а потом, чтобы показать свою воспитанность, вежливо спрашивают, как зовут собаку.
Майами, похоже, решил окончательно превратиться в город без пауз. Пока туристы и круизники привычно ругаются в пробках между аэропортом и морским портом, власти обсуждают один из самых дорогих и амбициозных транспортных проектов последних лет: скоростную железнодорожную линию между аэропортом Майами и PortMiami.
Если проект утвердят, пассажиры смогут добираться от трапа самолёта до круизного лайнера примерно за 20 минут — без такси, шаттлов и бесконечных чемоданных пересадок.
Этот снимок я бы назвала «Необъективная реальность». Слишком все здесь набекрень. Хотя — никаких фантазий, все на самом деле.
Папайю называют “дынным деревом”, но она совсем дерево, а трава.
А еще в папайе есть фермент, который называют папаин (не путать с мамаином, а то бы это растение называлось мамайя). Этот фермент расщепляет белки, поэтому используйте недозрелую папайю, как размягчитель мяса.
На остров Манхеттен мы прибыли на пароме. Мимо нас по скоростной дороге, опоясывающей остров, проносились сотни машин. Каждый раз, когда я видела эти скоростные многополосные дороги, восхищалась гениальным предвидением их создателей. Так же, как всякий раз, гуляя по Нью-Йорку, я восторгалась обилием больших и малых парков, разбросанных во всех районах этого гигантского города. Великолепие мостов, соединяющих разные его районы, не может не поражать воображение. Мне никогда не приходило в голову, что все это создано гением одного человека, который сто лет назад придумал Нью-Йорк в том виде, в котором мы знаем его и сейчас.
Отрозовых, розовых, райских чащКакой-то пожар в глазах. Марина Цветаева Когда-то я поспорил, что буду жить только там, где лето круглый год, а в вазе – всегда свежие цветы. Я даже помню, где и когда был спор: на третьем курсе, в Минске, в университетской общаге на Парковой ( позже — Машерова, позже — Победителей, а как…
Жил-был Каламондин. Он жил-был в редакционном саду. Некоторые из его сородичей(зазнайки!) величали себя цитрофортунеллой. Или даже так, по-научному: Citrofortunella microcarpa. Но наш Каламондин прекрасно знал, что мама у него кумквата, а папа – мандарин. Не князья, в общем. И это его нисколько не огорчало, потому что Каламондин про себя знал, что и без высокой родословной…
Однажды старый рыбак из Кокона-Гроув разрезал авокадо и вдруг увидел внутри не косточку, а маленькую парусную лодку, на которой он много лет рыбачил в океане.
— Опять перегрелся на солнце, — вздохнул старик. Он лег в гамак и надвинул на глаза ветхую соломенную шляпу.
Но вечером он услышал, как из плода доносится шум прибоя.
Ки-Бискейн — необычный остров. Необычен он по многим причинам: прежде всего, потому что он — первый и ближайший от Майами в цепи рифовых островов Кис, которые протянулись на много миль от южной оконечности полуострова в аквамариновые дали, разделяющие Атлантику и Мексиканский залив.
Пора рассказать о самой восточной точке материковой части Соединенных Штатов. Это маяк Вест Кводди/ West Quoddy. Видите, на снимке полосатая башня? Именно здесь, на лужайке возле мачты с флагом, познакомился я с Крисом Ларсеном.
Крис сидел в инвалидной коляске и рассматривал в бинокль остров через пролив.
– Хотите глянуть? – предложил он мне бинокль. – Когда-то здесь, на северном берегу, был еще один маяк. Его построил местный священник-баптист. Это было довольно шаткое сооружение, и во время жестокого шторма в 1804 году маяк развалился. А под его обломками погиб смотритель, сын того самого священника. Через два года нашли вот это место – Вест-Кводди. И маяк неплохо послужил морякам. Больше 200 лет!
Если я когда-нибудь буду снимать фильм про Марка Твена (вы, конечно, помните, что он родился в селе под названием Флорида, правда, в штате Миссури), то непременно использую вот эту баобабную пещеру, которую встретил как-то в Норд Майами Бич.
Она не просто хороша, но и просторна! Сюда могут поместиться Гекльберри, Том, бедолага Джим, индеец Джо, тетушка Полли, а также сам писатель со всеми своими кошками, курительными трубками и невероятными фантазиями.
Я никогда не стеснялся ходить в цирк. Некоторые стесняются. Цирки шумны, вульгарны и воняют в жару. Большинство людей лет в четырнадцать-пятнадцать один за другим изгоняют из сердца предметы своей детской любви, первые наивные пристрастия, и в итоге, когда они становятся взрослыми, в их жизни не остается места радости, не остается ни вкуса, ни смака, ни аромата. Глядя на других, они ругают себя за ребячество и стыдятся его. И когда темным холодным утром в пять часов пополуночи в город въезжает цирк, эти люди, слыша завывания каллиопы, не вскакивают и не выбегают на улицу. Они продолжают ворочаться в постелях, а жизнь тем временем идет мимо. Я вскакивал и бежал. Мне было девять лет, когда я понял, что прав, а все остальные заблуждаются. В тот год на сцене появился Бак Роджерс, и я влюбился в него с первого взгляда. Я делал вырезки из газет и был от них безумней безумного. Друзья не одобряли. Друзья смеялись. Я порвал свои вырезки с Баком Роджерсом.
Read More “Рэй Брэдбери: главное – сохранить в себе вкус детства” »
Когда-то в США жир считался почти государственным врагом.
В 1980–90-х годах американцам объяснили: именно масло, сливки, сыр и сметана виноваты в инфарктах, лишнем весе и чуть ли не в общем упадке цивилизации.
И началась великая эпоха надписей: — FAT FREE — NON FAT — 0% FAT — LIGHT — NO GUILT
Обезжиренным стало всё подряд — от йогурта до печенья.
Особенно усердствовали производители йогуртов. Если раньше человек ел обычный кислый йогурт, то теперь ему продавали сладковатую баночку с надписью «здоровье».
Когда-то вода текла через всю Флориду медленно и широко — от озера Окичоби к Флоридскому заливу. Индейцы называли это место «рекой травы». Потом пришли инженеры. Построили каналы, дамбы, дороги, сахарные поля и города. Вода повернула к океану. Болота начали умирать.
Сегодня Эверглейдс спасают уже почти четверть века. Это один из самых дорогих экологических проектов в истории человечества. Одни роют гигантские резервуары, другие ловят бирманских питонов, третьи спорят о сахарных плантациях, четвёртые считают миллиарды.
Но проблема уже не только в птицах и аллигаторах.
Когда-то во флоридских болотах хозяевами были аллигаторы, цапли и пантеры. Потом сюда попал чужак — бирманский питон. Скорее всего, через любителей экзотических домашних животных. После ураганов часть змей оказалась на свободе. И началось.
Питоны жрали всё подряд: енотов, кроликов, птиц, оленей и даже аллигаторов. В некоторых районах Эверглейдс исчезло до 90 процентов мелких млекопитающих. Болото словно вымерло.
Человек объявил войну. Во Флориде появились профессиональные охотники на питонов. Проводятся соревнования с денежными призами. Змей ловят с вертолётов, с лодок, с тепловизорами.
Когда я был алкоголиком, моими лучшими собеседниками оказывались случайные собутыльники в барах.
Иногда я слышал такое, от чего волосы вставали дыбом. Но была одна история, которая прямо-таки прополоскала меня. Не помню, как его звали, с виду – серьёзный, щеголевато одет, дорогой портфель, чаще всего именно такие сходят с ума. Подсел ко мне: «Я вижу, ты хороший парень, давай выпьем».
Почему пьяниц часто называют «хорошими парнями», ума не приложу. Рюмка за рюмкой, и скоро я стал обладателем целого собрания сочинений его жизни. Он говорил о том, что он на плаву, что жена беременна, желанный контракт подписан, а с понедельника он вступает в должность, о которой мечтал последние десять лет.
У нас во Флориде любят хвастаться самым-самым: самый высокий отель, самый глубокий риф, самый дорогой ресторан. При этом одна из лучших туристических троп в Америке — это просто деревянный настил длиной около мили (1300 метров) среди болот Эверглейдс.
Тропа Anhinga Trail возле Royal Palm — место почти неправдоподобное. Идёшь спокойно, как по даче, а рядом, точно поросенок Васька, лежит аллигатор. Черепахи греются на брёвнах, выползают змеи, птицы-анхинги расправляют крылья, будто сушат их после шторма.
Запах одуряющий. Утром не так заметно, зато вечером, при свете луны – полный улёт! Цветет, конечно, много чего еще, но все остальные запахи перебивает манго. Волшебный! Так когда-то в детстве все запахи перебивала магнолия. Дом, в котором я родился, стоял в старом парке на горе, в том месте, где сейчас концертный зал комплекса «Дагомыс». Вокруг…
