С Булатом Окуджавой я познакомился на квартире общего знакомого. Собственно, я и приехал туда за Окуджавой и его женой, чтобы отвезти их на Карельский перешеек на дачу к поэту Леве Друскину. Лева был инвалидом, обе ноги были поражены полиомиелитом, и по причине его ограниченной транспортабельности, все не лишенные сострадания литераторы и их друзья посещали Леву в городе или на даче.
В классе, где учится Лена Голубева идёт урок. Старушка-учительница одета бедно, но тщательно; она постоянно поправляет обеими руками гордость своего туалета – огромный белый накрахмаленный накладной воротник, поднимая его за концы, как подбитую птицу за крылья, а потом левой рукой – пенсне, и снова за воротник, и снова за пенсне… Седые волосы затянуты в тугой пучочек, и она, когда трогает воротник, потряхивает этим пучочком.
Посвящается маме
Они шли, взявшись за руки, по бесконечно длинному переходу метро — вы конечно знаете этот каменный коридор с красноватой плиткой по стенам. Странная одинокая пара. Не муж и жена — это видно с первого взгляда, для любовников… слишком немолоды, что ли? Или печальны. Цыганистый дядя из старинного фильма — широкоплечий, кряжистый, лицо теряется в черных, длинных как у священника кудрях и волнистой окладистой бороде и пожилая еврейка — невысокая, полная и хрупкая одновременно, с сильной сединой в густых волосах.
Пили ли вы, читатель, в небольшой компании нано-водку? Наш гость – охотник Витя – поставил бутылку на стол и вслух проскандировал надпись на этикетке:
– «Выпущено с использованием новейших нанотехнологий».
Мы с ним познакомились на нашей свадьбе – бардесса Полюдова пришла с Витей как с женихом, чем удивила всех…
Сейчас у него по-прежнему припухшие веки, которые сильно молодят, но уже добавились седоватые имперские усы. Роскошные!
Лев Халиф
В этом году исполняется 80 лет со дня рождения поэта и писателя Льва Халифа. Мы поздравляем Льва Яковлевича с этой серьезной датой. В ответ на поздравление юбиляр предложил нам опубликовать отрывок из его книги. Что мы и делаем.
Однажды в Москве на улице Герцена я увидел малыша, перебегающего дорогу в ЦЭ ДЭ ЭЛ.
Ещё секунда и …Я бросился и выхватил его буквально из-под самых визжащих колёс. Я хотел было отшлёпать мальчишку. Но он обернулся ко мне, разжал свои тысячелетние морщины и прохрипел: “Ты что, спятил?” Это был детский писатель Коринец.
Я уехал на другой конец мира.
На родине у меня осталась квартира.
Там гардероб и чуток рубашек,
обои из бабочек и ромашек,
письменный стол, кое-какие бумаги,
и о стекла листья шуршат, как лесные флаги.
В ЗАГСе я, как говорится, пустил слезу. И не важно, что женился мой самый диковатый приятель Василий, отъявленный и успешный малолетний бабник. Не важно, что сам я в этот момент выглядел смешно: в бордовом пиджаке, золотом галстуке и с шелковой лентой с надписью «Главный свидетель». Не важно! Потому что момент был действительно торжественным. И беззубый коротышка Василий, на лице которого никогда до этого не проявлялась серьезность, который мог помочиться на эскалаторе в час пик, был одухотворен и трогателен в своем строгом костюме.
Александр Росин
редактор
Всем, кто читал в февральском номере «Флориды» очерк «Закон бокса», наверняка запомнился его герой, он же автор – Ефим Гаммер, мужественно преодолевший травмы и вновь вернувшийся на ринг. Ефим Гаммер, известный иерусалимский русскоязычный писатель, журналист и художник, в прошлом – победитель первенств Латвии, Прибалтики и Израиля по боксу – установил небывалый мировой рекорд: в 25-й раз подряд стал чемпионом столицы Израиля.
Под настойчивый рёв тепловоза,
Средь еловых теней и ольхи;
Как бы жили мы, если б не проза,
Кем бы стали, когда б не стихи?
Александр Кушнер
Не ехидно, совсем добродушно
Приведу адекватный пример;
Что б читали мы, если б не Кушнер,
Что б писали, когда б не Гомер.
Сколько в мире пера виртуозов,
Написавших тома чепухи,
В нищете жило б, если б не проза,
И не спилoсь, когда б не стихи.
Александр Росин
редактор
Встреча первая. Театральная.
Про вешалку – это давно и не у нас. Мы не раздеваемся, потому что толком не одеваемся. Даже зимой. Наша театральная вешалка – парковка для машин. И хотя, признаюсь, вот так вот сходу не отличу Беккета от Юкио, а Фриша от Сартра, тем не менее, оглядев забитый машинами паркинг перед зданием Art & Culture Center of Hollywood, уверенно сказал жене: «Вот ведь сколько лет мечтали российские артисты завоевать Голливуд. А первому удалось это театру Бориса Братмана». – «Но ведь это флоридский Голливуд!» – возмутилась моей наглости жена. – «Какая разница, девушка, аншлаг, он и во Флориде аншлаг!»
«Кожаная жопа» – так называли безногих инвалидов, которые катались на своих тележках по проходам поездов в послевоенные годы и распевали жалобные песни.
Мой отец был одним из них. На войну он попал в сорок втором, окончив танковое училище, а в сорок пятом, под Варшавой, его самоходку расстреляли болванками из засады. Экипаж превратился в фарш, а отцу повезло. Он сидел на башне, свесив ноги в люк. Когда, после первых выстрелов, машину закрутило, отец слетел на землю, а ноги остались в машине. Верхняя часть туловища мало пострадала, если не считать контузии и пары несложных переломов.
Наша новая учительница, Жанна Сергеевна, начала с того, что торжественно представилась женой подполковника, членом “нашей великой партии” и активистом женсовета полка. Переехала она в Винницу из поселка Краснозвездный, что в двухстах километрах от Ханты-Мансийска. Прослужили они с мужем там лет двенадцать. Школа в поселке была маленькая и не каждый год, а только если были дети. Пока мы переваривали информацию, Жанна Сергеевна начала перекличку.
С чего начать – даже не знаю… Колбасы – пять сортов вареной и три копченой. Сервелат, салями. Ветчина рубленая и просто ветчина. Сыры – «Нежный», «Голландский», «Костромской», «Российский», «Пошехонский», какой-то еще с зеленой плесенью. Потом – яйца куриные трех категорий и перепелиные в коробочках. Масло сливочной по 250 и 500 г, а так же сколько хочешь – от большого куска. Маргарины различные. Растительное масло в пластиковой таре. Жиры…
Изабелла Левина
Вестон, Флорида
В февральском номере «Флориды» я рассказала о встрече и знакомстве с замечательным израильским поэтом Игорем Харифом. Но поездка моя была более чем удачной, поскольку она принесла еще одно незабываемое знакомство. Вернее, продолжение знакомства, поскольку с Фаиной Садко я кратко была знакома в московской молодости и встретилать сейчас, спустя 30 лет в Израиле.
Фаина – поэт, бард, певица и просто красивая женщина – живет и работает в городке Афула.
Географическое положение Америки выгодно отличается от большинства стран, но и вынуждает строить свою военную доктрину, исходя именно из этих условий. Этим объясняется наличие военных баз за пределами страны, крейсирование военных кораблей в мировом океане, строительство радиолокационных комплексов ракетного перехвата. Это дорого, но необходимо – пока всемирного разоружения не предвидится, пока существуют страны, страстно желающие «покарать» ненавистную Америку. Как ни странно, самым уязвимым местом для Америки является океан, прибрежные воды которого тщательно охраняются и визуально, и технически.
Таким мудреным именем назвали бюрократы Флориды дельфина в 1975 году. Место штатного морского зверя уже к тому времени прочно занял ламантин, увольнять его причин не находилось, вот и изобрели титул Зверя Соленых Вод. Желание флоридских законодателей видеть дельфина, приобщенным к символам штата, вполне понятно, ведь дельфин необычайно интересное и разумное существо.
Жаркое лето пошло на излом,
Август пока еще болен июнем.
Татьяна Кузовлева
Главный редактор журнала «КОЛЬЦО “А”»
– Что-то недоброе с календарем!
– Вы полагаете? – Да, полагаю.
Я же не зря эти строки слагаю
Гляньте, как лето пошло на излом.
Маем весенним страдает июль,
Август мучительно болен июнем.
Бесплатные концерты на берегу океана
Hollywood Beach Theatre, Hollywood’s Broadwalk
Джаз, блюзы, кантри, поп музыка в исполнении музыкантов и под аккомпанимент океанского прибоя.
Песни и танцы под тропическими звездами! Каждый понедельник, вторник, среду, пятницу.
East of A1A at Johnson St and the ocean
7-9pm
Александр Росин
редактор
Глубокоуважаемые дамы и господа! Соотечественники! Земляки! Товариши! То, о чем так давно мечтали флоридские рекламодатели, – свершилось! Впервые в истории нашего штата, да и (чего мелочиться!) всей нашей необъятной страны, создана бесплатная газета! То есть газета, за рекламу и объявление в которой не надо ничего платить. Absolutely FREE! Она так и называется «Бесплатная газета».
Михаил Ландер
капитан дальнего плавания
Признаюсь, я несколько раз начинал этот очерк, но всякий раз откладывал. То ли 8-е марта быстро пролетало, то ли текучка заедала. Но вот теперь, благодаря настойчивости моей жены и в преддверии очередного 8 марта, я вернулся к этой теме.
Обычно слово «морячка» в народе подразумевает жену или дочку моряка. Позднее это понятие рапространилось на женщин, работающих на морских судах: борт-проводницы, буфетчицы, стюардессы или комсостав: радистки, врачи, синоптики. Но ни на одном корабле в мире нет, например, женщины шеф-повара.
Как хорошо быть на пенсии! Проснуться утром рано и с удовольствием напомнить себе – никуда спешить, идти и тем более, ни о чём думать – не надо. Поэтому и смог я, как продюссер, оставить для своего удовольствия и немножко для пополнения домашней казны лишь те музыкальные проекты, которые мне нравятся. Вот и в этот раз – наш новый необычный тур начинается в студии в Манхэттене: Аэлита репетировала для концертов в Нью Йорке и в то же время проверяла оркестровки для своего турне по Азии. Музыкальный руководитель – один из самых популярных современных аранжировщиков и пианистов – Джон Ди Мартино. С нами Арон Хейк, это саксофонист из оркестра Барбры Стрейзанд. А кроме того, бассист и ударник, с которыми два года назад я делал интересную программу “Запад встречает Восток” в Сингапуре. Солянка из джаза и симфонической музыки.
Сегодня получу деньги за Лидию Чарскую. Я встал пораньше, чтобы к вечеру закончить адаптировать очередной ее роман, пятьдесят девятый том. Издается собрание сочинений. За окном кухни сонное промерзшее Кунцево. На мониторе компьютера текст о страданиях институтки. Сто лет назад Лидия Алексеевна не успевала доделывать свои книги для детей.
Мой работодатель говорит, что Чарскую хорошо покупают. Он имеет со своего маленького издательства неплохую прибыль.
Пурга свирепствовала уже третьи сутки. Ледяной ветер, не утихая ни на минуту, гнал на восток бесчисленные волны снега, словно задавшись целью стереть всякие следы жизни, восстановив повсюду непорочную белизну арктической пустыни. Голые ветви редких кустиков, еще поднимавшиеся кое-где из-под снега, вздрагивали под его яростными секущими порывами. Казалось невероятным, чтобы хоть какое-нибудь живое существо, даже и приспособленное самой природой к жизни в этих суровых краях, в такую погоду выбралось из своего логова в бушующую снежную мглу.
“Акварельные строчки, в которых раздумья сплетены с философскими истинами. Маша пишет просто и настолько хорошо, что порою вязь её строчек завораживает”.
Евгений Минин
[divider]
Из лучших мира этого, из лучших –
на всякий случай призовёт господь
и в микроскоп, как левенгук изучит
крыло, глазок, измученную плоть.
Карл Рамсеев-Убыхов
профессор
Хороший подарок сделал майамцам в День влюбленных певец Тимур Иванейшвили. С помощью продюсера и певца Славы Бармотина и при участии приехавших из Грузии артистов эстрады, он смог организовать яркое и зрелищное представление. Главным аттракционом этого большого ревю был, конечно, сам бенефициант.
Бесплатные концерты на берегу океана
Hollywood Beach Theatre, Hollywood’s Broadwalk
Джаз, блюзы, кантри, поп музыка в исполнении музыкантов и под аккомпанимент океанского прибоя.
Песни и танцы под тропическими звездами! Каждый понедельник, вторник, среду, пятницу.
East of A1A at Johnson St and the ocean
7-9pm
Read More “Журнал «Флорида» рекомендует посетить в феврале” »
Александр Росин
редактор
Недавно в компании один из присутствовавших вдруг высказал сомнения относительно нужности нашего бренного существования на этой земле. «Вот смотрите, – сказал он, – жил какой-нибудь мясник в семнадцатом, например, веке. В какой-нибудь Франции или Англии. Что мы о нем сейчас знаем? Кто его помнит? Кому он, этот самый мясник, нужен? И миллиарды таких на белом свете прожили и канули в Лету. И ничего от них не осталось».
Спор за столом, конечно, возник, но какой-то очень вялый. А мне, знаете, обидно вдруг стало и за мясника того, и за всех за нас, безвестных, после которых ничего не останется и никто о нас не вспомнит.
Александр Росин
редактор
…И учусь у людей доброте.
Юрий Визбор
Как известно, кадры решают все. А потому предлагаем следующую логическую цепочку: фотограф Слава Мелкумов – клиент компании Confident Care of Florida и друг журнала «Флорида». В свою очередь журнал «Флорида» дружит с певицей Аэлитой и писателем Джеком Нейхаузеном. А Confident Care дружит со всеми своими многочисленными клиентами, плюс – журнал «Флорида», плюс – Аэлита, Джек и Слава…
Накануне Старого Нового года из красноярского Фонда писателя Виктора Астафьева пришло неожиданное и потому тем более приятное известие. Главный экперт Фонда поэт Антон Нечаев сообщил, что в числе 9 литературных лауреатов 2009 года, которых традиционно избирает Фонд, назван и журнал «Флорида». Учитывая, что среди лауреатов такие мастера прозы, как Валентин Распутин и Евгений Попов, а также – лауреат Нобелевской премии по литературе за 2009 год немецкая писательница Герта Мюллер, значение этого звания, как и честь быть названным в одном с ними списке становятся еще более высокими.
Подробней об этом событии Вы можете узнать
в блоге А.Нечаева http://newslab.ru/blog/300442
(шекспировские страсти)
Все говорили, что Мальвина – голубиная натура. Но до тридцати пяти лет оставалась все еще незамужней. На исходе своего тридцать пятого лета уехала в столицу. В надежде встретить там того – мы не знаем кого…
Встретила она славянофила-вьетнамца, аспиранта. Дело в том, что Мальвина устроилась буфетчицей в МГУ, и ей показалось, что вьетнамец вот-вот умрет от чахотки, желтый такой, маленький. Поэтому она первая с ним заговорила. Но когда он ответил, оказалось… в общем, оказался он такой живой кузнечик! Представьте себе.
Надин дом в Слободе самый нарядный.
Осенью из-за Надиного забора выплескивает на улицу сладкая, румяная красота – рыжие брызги нежинской рябины, мармеладный морок черноплодки, невозможно, немыслимо ладные райские яблочки – прозрачное светлое золото, и боярышник каплями киновари на черных масляных листах. Хохлома.
А Надьку Хохломой прозвали за расписную калитку. Справив сороковины отцу – мать умерла давно, Надька первым делом вынесла на помойку отцовы чумазые тряпки, потом отшкурила унылую старую древесину и разрисовала цветами-ягодами – крупными, щекастыми, в трех красках – желтой, красной, черной. Вывела хитрые завитушки, вскрыла мебельным лаком на два слоя, и разожглось на Надькиной улице лето на все сезоны – хоть в дождь, хоть в грязь, хоть в мартовскую сивую метель.
